Цифра в 80 лет лучше всего совпадает с остальными хронологическими указателями, но при доступных нам материалах уверенности в этом быть не может.
Таков географический очерк, если можно так сказать, жизни Аполлония. Думается, что даже тот, кто невнимательно прочтет этот краткий обзор «Жизни Аполлония», — найдет повод удивиться неукротимой энергии и выносливости философа из Тианы.
А теперь перенесем наше внимание на некоторые интересные моменты, связанные с храмами и общинами, в которых бывал Аполлоний.
Как мы понимаем, беседы Аполлония со жрецами храмов и приверженцами мистической жизни имели природу самую сокровенную и тайную. В те времена существовала резкая граница между миром внешним и внутренним, между посвященным и непосвященным. Вследствие чего не следует ожидать, что из повествования Дамиса и Филострата мы можем узнать что-либо помимо фрагментов исключительно из внешнего мира. Тем не менее ориентиры внешнего характера сегодня представляют большой интерес.
Храм Эскулапа в Эгее, где Аполлоний провел самые впечатляющие годы своей жизни, был одной из бесчисленных лечебниц Греции, где искусство исцеления практиковалось совершенно иначе, чем сейчас. В этот центр, с его атмосферой психического влияния, на протяжении многих веков стекались пациенты, чтобы «посоветоваться с Богом». Для этого им необходимо было пройти через множество предварительных очищений и соблюдать определенные правила, указываемые жрецами. Далее они проводили ночь в храме и во сне получали указания по поводу своего излечения. К этому методу, несомненно, прибегали тогда, когда не хватало знаний жрецов; но тем не менее жрецы были опытными толкователями сновидений и мастерами их рационального объяснения. Становится очевидным, что если Аполлоний любил этот храм, то он, должно быть, находил под его сводами полное удовлетворение своих духовных потребностей. К тому же он напрямую был причастен к внутренним практикам храма. Вскоре собственные природные способности возвысили его над наставниками и прославили как «любимца Бога». Многочисленные свидетельства о пациентах нашего времени, пребывающих в трансе или в каком-либо другом предписанном им психическом состоянии, помогут читателю понять, сколь велики были возможности исцеления, которые греки воплотили в образе Эскулапа.
Позднее глава индийских мудрецов исследовал трактаты Эскулапа и связанное с ним искусство исцеления, вложенное учениками в его уста (III, 44). Считается, что это искусство целиком зависело от способностей духовного диагностирования и предвидения (
Заметим, что существовал обычай, когда выздоровевшие больные записывали этот факт на специальной табличке в храме, точно так, как это делается ныне в католических странах[95].
По пути в Индию Аполлоний встречался со многими магами в Вавилоне. Он навещал их в полдень или в полночь, но зачем — об этом Дамису было неизвестно, ибо Аполлоний не позволял ему сопровождать себя, а в ответ на прямые вопросы лишь отвечал: «Они мудры, но не во всем» (I, 26).
Правда, описание некоего зала, в который имел доступ Аполлоний, отчасти напоминает интерьер храма. Крыша была куполообразной, а потолок покрыт «сапфиром»; по этому синему небу двигались сделанные из золота модели небесных тел («которые они почитают, как богов»). Кроме того, с крыши свисали четыре золотых «игги» — так называемые «языки богов». Это были крылатые колеса, или шары, связанные с идеей Адрастеи (Судьбы). Их прототипы неточно описаны в «Видении Иезекииля», а так называемые шары Гекаты
