Я попыталась высвободиться, но ничего не вышло, Ирвин и не собирался вставать. Повезло еще, что перед тем как вздремнуть, я засунула руки в карманы, и он не увидит повязки, которые вчера наложил Бринсу. Одновременно это уменьшало мои шансы выдернуть подол плаща и сбежать от неудобного разговора.
– Ноги все еще не слушаются. Удивительно, что встречаю тебя везде, куда иду. Как ты здесь оказалась?
– Женщинам и в больницу нельзя? – возмутилась я. – Даже если заболели? Вдруг я себя плохо чувствую?
– Простыла, наверное? – Он сочувственно нахмурил брови. – Бани – опасное место.
– И не говори.
Я кивнула на его подбитый глаз и тоже покачала головой. Ирвин не особенно смутился и почесал синяк.
– Думала, ты весь такой правильный и чопорный, а вдруг полез в драку.
– Размяться захотелось. Но ты уходишь от вопроса.
– Нечего ответить, это ты меня преследуешь. – Я пожала плечами. – Понравилась?
– Подозрительной кажешься.
– И ты тоже. Чего ко мне привязался?
Пока он придумывал ответ, от двери послышался крик Лестера:
– Ирв! Куда ты пропал?
Аптекарь отвлекся, а я успела выдернуть край плаща и вскочить на ноги, а дальше поспешила к другому выходу из здания. Вечером зайду к студенту и узнаю о его самочувствии, пока нужно заняться делами.
Бринс ушел и пропал. Не вернулся ни через час, ни через два. С делами Ирвин справлялся, при этом вспоминал помощника каждую минуту. Он торговал, будто родился за прилавком, к тому же постоянно улыбался, болтал или влипал в неприятности. Ирвин думал, что его это раздражает, на деле же только рядом с помощником он чувствовал себя по-настоящему живым.
В принципе, Бринс имел полное право побродить по городу, заодно дать ушибленным рукам небольшой отдых, но Ирвина все равно скребло беспокойство. Аптека казалась сырой и темной без шебутного Бринса, и разговор с Лестером не клеился. Поэтому они без споров отправились в лечебницу, навестить студента, а потом решили идти к страже.
Хуже, что нога после вчерашней драки болела сильнее обычного, и день за прилавком не улучшил ее состояние. Ирв с трудом доплелся до лечебницы, попросил Лестера поговорить с врачом приемного отделения и устало повалился на лавку.
Утром здесь было не протолкнуться от посетителей, но после обеда оставались только самые стойкие или те, кто еще не получил помощь. Тем сильнее привлекала внимание девушка в лиловом плаще, дремавшая на лавке в углу.
Ирвин вначале не поверил своим глазам, но темные волосы и смуглая кожа не так часто встречаются среди столичных жительниц. Что ее принесло сюда? Он с трудом встал, доплелся до скамьи и сел рядом с девушкой.
Разговор прошел так себе, а стоило отвлечься на Лестера, как незнакомка сбежала.
– Я снова ее видел, – признался Ирвин. – Что-то неладно с этой девицей.
– Или с тобой. Она точно не иллюзия? Так загадочно появляется и исчезает до того, как ее кто-то увидит.
Ирвин помнил ее плащ на ощупь, запах, то, как она недоверчиво хмурит брови или улыбается. Многовато деталей для иллюзии. И хотелось верить, что он бы сходил с ума по-другому, не разговаривая с вымышленной южанкой.
– Ладно, шучу, – хмыкнул Лестер. – Врачи приемного рассказали, что нашего студента притащила девушка в лиловом плаще. Смуглая, глазастая, симпатичная. Теперь и мне интересно, кто она и куда подевался Бринс.
– Одежду ищет. А вот она – сплошная загадка.
– Вот найдем и расспросим. Я разошлю приметы парням и попрошу придержать.
Ирвин покачал головой. Арестовывать девушку только за то, что она показалась ему подозрительной, – перебор. Если она прибыла в столицу ради него, то скоро снова объявится, а если нет, то и ладно.
Нет, не ладно. Хотелось немедленно догнать ее, расспросить обо всем, чтобы закрыть тему и выбросить из головы. Почему она постоянно строит фразы так, будто они давно и близко знакомы?
– Тебе нужна женщина. – Лестер хлопнул его по плечу, выводя из раздумий. – На пару часов для начала.
– Вот и пойдем поговорим с твоей Брегг. – Ирвин слишком поспешно зашагал к выходу, чтобы оборвать разговор. – Расскажи лучше, что там с этим доходягой-студентом.
– Разрезали, вытащили лишнее, зашили, ничего особенного. Сестра проболталась, что его привела девушка, и теперь студент грезит о твоей красотке. Вот подожди, ему вставать разрешат, и будет у тебя конкурент!
– А я попрошу знакомых – и болезному опишут Софи.
Лестер скривился, как будто ниллы попробовал, а Ирвин попытался понять, почему же ему так неприятно слышать о симпатиях студента к незнакомой девушке. Грезит он! Подумаешь! Он ее толком и не видел, а уже ухитрился втрескаться. Ирвин же разглядел южанку в деталях и абсолютно, совершенно равнодушен. Собран, хладнокровен и готов к любой каверзе.
И куда же она исчезла? Лиловый плащ заметен с большого расстояния, улица широкая и просторная, если не зашла в другое здание, то должна мелькать где-то.
– Неслабо тебя зацепило. – Лестер снова ухмыльнулся. – Говорю же: знакомство в банях – это прекрасно. За ним будущее!
