Я забыла о больном пальце, ушибленном копчике и десяти килограммах лишнего веса. Невиданная сила несла меня вперед. Но не добежав буквально пары метров до исчезающей стены, сознание покинуло меня.
Земля поплыла у меня перед глазами. Я почувствовала слабость и поняла, что ноги не слушаются меня. В следующее мгновение я упала в обморок.
– Рамаль! – на моей щеке отпечаталась чья-то горячая ладонь. В ушах звенело, а глаза слипались.
– Рамаль, открой глаза! – повторил настойчивый голос. И вот уже другая моя щека ощутила прилив крови от удара чьей-то крепкой ладони.
– Воды! – закричал человек, и спустя несколько секунд на мое лицо обрушился ледяной ливень.
Я широко распахнула глаза и сделала глубокий вдох. Противный кашель рвался наружу из моей груди. Я села, согнулась пополам и прокашлялась, все еще не видя лица своего спасителя.
– Рамаль, ты в порядке? – я наконец пришла в себя и узнала голос любимого мужчины. Мое сердце словно кинжалом пронзили.
Я заставила себя поднять на него виноватые глаза. За спиной падишаха толпилось целое войско во главе с Первиз-беем. Вдруг вспомнив, почему здесь оказалась, я обернулась назад и обреченно выдохнула – стена исчезла.
– Ты меня слышишь, Рамаль? – вновь заговорил повелитель.
– Я слышу тебя, Джахан.
– Почему ты решилась на это? – в его голосе сквозили боль и непонимание. – Почему ты оставила меня? Откуда в твоем сердце эта жестокость, Рамаль?
Его слова остро ранили самые сокровенные уголки моей души. Мне хотелось уткнуться носом в его плечо и разрыдаться.
– Во мне нет жестокости, но она есть в тебе! – с жаром ответила я, пронзая его суровым взглядом. – Ты не сдержал слово, приняв ту рабыню в своих покоях сегодня ночью! Я беру назад все свои слова о ревности, Джахан! Я не умею делиться! Я ревнивая, строптивая львица, которая умирает от метких стрел измены каждый раз, когда ты смотришь на другую женщину. Я не хочу такой любви. Ты нужен мне весь или не нужен вовсе. Отпусти меня!
Он встал и удивленно изогнул свои широкие брови.
– У меня сегодня ночью не было никакой рабыни, Рамаль! О чем ты говоришь? Уж не о той ли наложнице, которую моя мать подослала ко мне, решив выдать ее за тебя?
Пришел черед удивляться мне.
– Как это, выдать за меня? – спросила я, хлопая ресницами.
– Слуга, охраняющий вход в мои покои, сообщил, что ты хочешь прийти ко мне сегодня ночью. Они привели девушку, лицо которой скрывал никаб, а на тело было надето широкое платье. Я не сразу понял, что это обман. И лишь прижав ее к себе, я осознал, что это не моя беременная Рамаль. Даже если бы они привязали к ее животу подушку, я все равно бы распознал подмену. У нее другой запах, любимая! Твой аромат я не спутаю ни с чем! Я все понял и сразу же выгнал ее!
Я слушала его слова и плакала от счастья. Он подошел и прижал меня к себе. Его губы коснулись моего виска и скользнули ниже, заставляя дрожать от нежности и счастья.
– Я больше никогда не хочу видеть твоих слез, Рамаль… – прошептал он мне на ухо, – поэтому вчера вечером я приказал построить для нас дворец. Там будем только ты и я. Валиде и гарем останутся жить в старом дворце. Ты довольна, душа моя?
Я кивнула головой и громко хлюпнула носом, не в силах остановить слезы. «Душа моя» – он называл так только меня. Как могла я не догадаться вчера вечером, что нас хотят обвести вокруг пальца? Ведь именно так он назвал ту наложницу.
– Я люблю тебя, Рамаль, – он еще крепче прижал меня к себе, – больше никогда не оставляй меня.
– Не оставлю, – прошептала я, прижавшись губами к его шее.
Черный ворон, круживший в небе, издал низкий глубокий крик, несколько раз взмахнул крыльями и взмыл под облака. Я мысленно крикнула ему «прощай».
Кругом все залил яркий солнечный свет. Он проник в каждую песчинку, в каждую травинку и в каждый камешек, заполняя собой все пространство. Я бросила взгляд через плечо Джахана в то место, где недавно блестела масляная стена, пронзающая время. Яркая вспышка света ослепила меня. Мой слух уловил хлопок, а потом все затихло.
Напрасно Первиз-бей присвистывал, зазывая своего верного спутника вернуться. Черная птица улетела, унеся на своих крыльях все беды и горести.
Я осторожно освободилась из объятий повелителя.
– Позволь, я поблагодарю кападжи. Если бы не он – вы бы не нашли меня.
– Конечно, – благосклонно ответил Джахан.
Я подошла к главе шахской охраны и посмотрела на небо.
– Он улетел навсегда, не так ли?
– Так было нужно, госпожа. Чтобы больше никто не смог нарушить ваш покой и счастье.
Я улыбнулась солнечным лучам и облакам, навсегда укрывшим под своим покровом волшебную птицу. Внезапно мою поясницу пронзила резкая боль. По ногам заструилось что-то мокрое.
Я испуганно схватилась за руку кападжи, чувствуя, как очередной приступ острой боли охватывает мой позвоночник.
– Я рожаю! – закричала я что было сил. Очевидно, мои эксперименты с покорением балконных оград и песчаных дюн не прошли даром.
