Арбитр полностью

Снаружи донёсся звук, будто кто-то зажёг бенгальские огни.

— Термит! Десять секунд. Шерхан, гранату!

Девушка съёжилась, выставив руку в сторону двери из комнаты.

Туманная реальность за стеной комнаты воспринималась, как разрозненные звуки. Металлический скрип открываемой двери. Повторяющийся стук небольшого предмета. Отрывистый оглушительный взрыв. Аж люстра закачалась. Яростные крики. Стрельба. Настолько громкая, что крик Леси полностью заглушило. Ещё один взрыв, а за ним…

Тишина.

Торопливые шаги в прихожей и незнакомая речь на английском. Она хоть и знала язык, но понимание приходило с задержкой.

— Как он?

— Задета артерия.

— Дерьмо. На тебе девчонка. Я заберу Дэйва.

Дверная ручка быстро провернулась, и дверь в комнату открылась толчком. Снаружи мелькнул чужак, ухватив обстановку, а через секунду он же молниеносно ступил внутрь, припадая на одно колено и сканируя углы помещения. В руках какое-то оружие с коротким стволом, не автомат, но что-то иное. И всё это время он держал в поле зрения девушку.

Руки Леси дрожали, да нет, ходили ходуном от ужаса, но она навела на мужчину указательный палец, изобразив пистолет. Тот, скрытый балаклавой, хмыкнул.

И осел на пол, когда прозрачный льдистый снаряд размером с отвёртку беззвучно прошил его горло, впившись в стену позади.

Ждать в комнате значило снизить свои шансы на выживание. Это она поняла кристально чётко. Поэтому девушка, всё ещё дрожа, встала и медленно зашагала в коридор. На выходе она сильно покачнулась, будто её толкнули в спину. Откуда взялись эти актёрские способности? Сама бы в жизни не ответила.

За секунду ухватила изменившуюся обстановку. Дырки от пуль в стенах и дверях. Окровавленные посечённые тела Сергея, Павла и Дмитрия. Два мёртвых нападавших в масках и третий, стоящий у истекающего кровью товарища. Увидев её, он ни капли не испугался. Наоборот, мерно кивнул и с грохотом опрокинулся на стену. Ледяная игла выбила ему зубы и вышла из затылка.

Прямо там Леся и села. Посреди коридора в луже крови, обхватив колени.

Вбитое в неё поведение жертвы отступало, вытесненное робкой верой в себя. Потому что сегодня она не была беззащитна.

Сегодня у неё был меч.

Забрав у меня кулон вместе с доспехами, Фантом успокоился, и напрасно. Потому что теперь элемент внезапности был на моей стороне, а, заговаривая ему зубы, я сократил расстояние между нами достаточно, чтобы…

— А, во-вторых, мой меч хранится не в кулоне.

Вспышка совпала с рывком. Клинок воплотился в моей ладони, чтобы через миг отсечь в предплечье руку, таившую в себе мономолекулярную струну. Из обрубка щедро хлынул синий хладагент.

Лазарь объединился с моей душой в Ниаттисе и, пока я не умру, будет являться на зов, как верный друг. А после… после он вернётся туда, где я его обрёл — в Мавзолей Спящих.

Противник среагировал на движение, но не успел. Лишь отшатнулся назад, заливаемый светом, с механическим криком и разрядил в меня винтовку. На миг вспыхнул Барьер отражая пулю. А я уже продолжил движение, рубанув подставленное оружие. Идеально срезанный наискосок ствол улетел в темноту.

Фантом резко разорвал дистанцию и сразу же был вынужден пригибаться, потому что Солнечное копьё прожгло воздух и несколько тросов над его головой. Плазменный снаряд оставил в дальней стене зала симметричное отверстие.

— Ты полон сюрпризов, — бросил он, ускоряясь.

И выпуская струну из оставшейся руки.

— Взаимно.

Громила хлестнул перед собой струной. Я же бросил себя в воздух, уворачиваясь от неё, а позади целая секция мостка со скрежетом распалась на две части, повиснув на металлических тросах.

Светящаяся нить застрочила из воздуха, полосуя пространство на множество фрагментов.

Разогнав себя до предела, я ушёл прочь.

— Что, этого не было в слитой информации? — злость потихоньку прорывалась в голосе.

— Увы, — не прерывая атаки, отозвался Фантом. — Ни на кого нельзя положиться.

Лазарь отбил гибкую струну и прыгнул к его телу. Мимо.

— Арбитр. Откуда? — коротко бросил я.

— Ты говоришь во сне, — механический смешок.

Некрасова. Сука.

— Да, кстати, устройство активировано, — сквозь глухой шлем прорывалось злое веселье. — Часики тикают. Тик-так. Тик-так.

Мы вновь сошлись, сотрясая мостки стремительными движениями. Грохот стали и гудение струны. Подшаг, удар, удар. Отскок, уворот и молниеносный выпад.

Моя тактика изменилась за последние дни. Там, где прежде всё решали грубая сила и скорость, сейчас появилась магия.

Фантом вновь хлестнул по мне своим бичом, пытаясь обезглавить, но я перехватил его Лазарем. Струна на миг коснулась плоской стороны клинка, пытаясь перерубить её, а потом я активировал Шаровую молнию сквозь своё оружие.

Меч, и так сияющий тусклым бирюзовым светом, вспыхнул белоснежным искрящим маревом. Мгновенно оно пронеслось по струне к Фантому. Сквозь руку, к корпусу, к голове. Сотрясаемый электрическими спазмами он… задымил. Как испорченный механизм.