— Использую клей, — ответил Киндан. — Мягкий клей, не жесткий.
— Может сработать, — согласился Килти. — Но у нас просто нет времени на попытки, — сказал он, обведя рукой всех пациентов, лежавших вокруг.
Киндан понуро опустил голову, понимая его правоту. Затем печаль сменилось ликованием.
— У нас нет времени, зато оно есть у всадников!
— Как ты передашь сообщение для них? — спросил Ваксорам.
— С Воллой, — ответил Киндан, посылая мысленный вызов своему спящему файру. Бронзовый файр, скорее всего, лишь дремал, потому что он тут же сорвался со своего места на стопке одеял и вопросительно защебетал. Через мгновение он уже завис перед Кинданом.
Киндан протянул руку, чтобы Волла мог сесть.
— У меня есть сообщение для тебя, — сказал он, оглянулся и крикнул Килти, — Где я могу найти стилус и бумагу?
— В моём кабинете, — ответил Килти, неопределенно махнув в сторону двух выходов из Большого зала. — Спустись по винтовой лестнице на площадку, затем иди по широкой лестнице до моего лазарета. Прихвати пару светильников, я не был там несколько дней.
— Принести оттуда что-нибудь еще? — спросил Киндан.
— Всё, что может пригодиться, — сказал Килти. — Побольше феллиса, хотя я не знаю, когда мы сможем получить из него сок. Холодилку, если увидишь.
— Холодилку? — удивленно спросил Киндан. Она была хороша для снятия боли от порезов или ушибов, но он не мог представить, как она может помочь при лихорадке.
— Просто возьми её, и всё, — рявкнул Килти.
Киндан пожал плечами и ушел, следуя инструкциям Килти. Он смог найти только один тусклый светильник на кухне, поэтому собрал кучу других и выставил их снаружи, там, где сушилось бельё. Солнечный свет, даже слабый ранней зимой, подзарядит их до наступления темноты.
Он взял тусклый светильник и вернулся к большой винтовой лестнице. Осторожно шагая, Киндан спустился на площадку и остановился, решая, куда повернуть — налево или направо? Он пошел налево и долго шел, пока не понял, что пошёл не в ту сторону и не вернулся к началу. Проход расширился, и он заметил широкую лестницу как раз перед тем, как ступить на её ступени. Через несколько минут он уже был в кабинете Килти. Киндан нашел стилус и бумагу, обыскал шкафы и нашел немного сухих листьев феллиса — он забрал весь ящик, положив стилус и бумагу сверху. Затем обнаружил бутылку с чернилами, плотно запечатал её и положил сверху. Осмотревшись, он нашел еще и банку с холодилкой. Все еще не понимая, зачем она нужна Килти, он положил её к остальным вещам, в последний раз оглядел тускло освещенную комнату и вышел.
Вернувшись в Большой Зал, Киндан тщательно написал свое послание маленькими аккуратными печатными буквами. Он не хотел слишком загружать своего уставшего файра — Волла постоянно был рядом с ним и спал не больше, чем Киндан, — но он хотел быть полностью уверенным, что в сообщении всё понятно. Удовлетворенный результатом, он вложил сообщение в маленький чехольчик, прикрепленный к отделанной бисером сбруе Воллы.
— Отнеси это к Звездным Камням в Бендене, — сказал Киндан, пристально глядя в медленно вращающиеся глаза Воллы. — Сбрось его у Звездных Камней и дай знать драконам.
Волла чирикнул и согласно кивнул.
— Возвращайся скорее, — нежно сказал Киндан файру.
Волла чирикнул один раз, потерся головой о подбородок Киндана, прыгнул и исчез в Промежутке.
Когда Киндан собрался с силами, чтобы продолжить обход больных, в Большом зале послышались звуки барабана.
— Займись этим, — сказал Килти, повернув голову от кровати молодой лихорадящей девушки-холдера.
— А где барабан? — спросил Киндан, оглядывая зал.
— Понятия не имею, — отрезал Килти, — придумай что-нибудь. Ты впустую тратишь время.
Уязвлённый, Киндан оглядел зал и затем снова вернулся на кухню. Довольно долго он искал горшок с крышкой, затем наполнил его водой и, бросив в него принесённые листья феллиса, поставил горшок в теплое место у очага: он знал, что скоро листья феллиса отдадут свой сок.
Он пошел в прачечную, осмотрелся и вернулся на кухню. Выбрав самый большой горшок, который смог унести, он вернулся через прачечную в сушилку для белья.
Киндан присел на корточки, пристроив между ног перевёрнутую вверх дном кастрюлю, и отстучал
Прошло много времени, прежде чем пришел ответ
Киндан нахмурился. Что это значит? Кто бы это ни был у барабана, всё это выглядело не очень хорошо.
