Арфист полностью

Что я собираюсь делать? Глупый вопрос, и первое мое желание – огрызнуться. Но я сдерживаюсь. Не потому, что здравый смысл восстает против конфликта с офицером ФСБ при исполнении. А потому, что мы на одной стороне и в ее голосе звучит надежда. Надежда на то, что я смогу преуспеть там, где они облажались. Потому что я – арфист.

– Я найду ее, где бы она ни скрывалась, – произношу глухо, без угрозы. Просто констатирую. Ненависть на угрозы тратить не стоит. Лучше приберечь ее для их объекта.

– Убийцу? – зачем-то переспрашивает Александра.

Опять хочу огрызнуться, но вместо этого просто молча киваю.

– Знаешь как? – вот в этом вопросе надежды еще больше.

На мгновение задумываюсь, а потом киваю снова. Потому что в этот момент до меня доходит, что и впрямь знаю. След не здесь, тут все стерильно – убийца позаботилась, знала, кому подбрасывает тело. Он в другом месте. И в другом времени. Там, где я в последний раз видел Светлану. Именно оттуда я распутаю этот проклятый клубок из паутины, на кончике которой застыла эта тварь. Почему-то она ассоциируется у меня с тем пауком, которого я видел на Изнанке во втором слое. Не пауком. Паучихой. А в самом деле, кто сказал, что Несущий Тишину не может быть женщиной? Очень даже может быть – в плане коварства они нам еще сто очков форы дадут. Но одного эта тварь не учла: что я начну распутывать не с того конца, что она мне оставила – он-то оборван, а выхвачу другой, настоящий, из середины. Воскрешу тот день, когда я привел несчастную Светлану на Марсово поле и думал, что оставил ее на пороге новой жизни. А оказалось, что почти на пороге небытия. Смогу ли? Теперь я почти уверен, что смогу, – знание опять свалилось на меня с непонятно какого неба. Ох уж эти дозированные озарения, ох уж эта память предков! Впрочем, я больше не ругаюсь: все правильно, оно именно так и должно быть. Постепенно, чтобы я сразу не рехнулся, как и говорила Дарья. Если школьнику сразу впихнуть в голову всю программу за десять лет, его тут же увезут в желтый дом – мозг не выдержит. А у меня не десять, у меня гораздо круче.

Мне не до того, чтобы скрывать свои эмоции, и Александра легко читает их на моем лице. А потому просит:

– Когда найдешь, оставь ее нам.

Впервые поднимаю на нее глаза и качаю головой.

– Не обещаю.

И отворачиваюсь. Ее «Удачи!» застает меня уже в дверях. Остановить никто даже не пытается.

Ну вот я и на месте. Облачный фронт все больше заполняет собой небо, очевидно, намереваясь полностью его оккупировать. В такую погоду Марсово поле воспринимается совсем иначе, чем в солнечный день. Мрачновато и готично. Хотя звучание его от этого не меняется – все как в тот день, когда я привел к Дарье Светлану. Теперь главное, чтобы дождь не пошел, – не потому, что промокну, а потому что он будет меня отвлекать.

Я такого никогда не делал, так что придется учиться на ходу. Теперь звучание Светланы. Его я хорошо запомнил. Каждую струну. Моя первая пробужденная. Первая и, можно сказать, единственная: тот паранорм, которого мы с Дарьей случайно нашли на Изнанке, когда тренировались, не в счет – им она занималась сама. Поэтому память сохранила все, вплоть до мельчайшей детали. И теперь мне предстоит это воспроизвести. Создать фантомное звучание. Бабушка рассказывала о такой возможности, объяснила азы, но научить не успела. Она многого не успела… Эх…

Для упрощения процесса пытаюсь представить внешний облик Светланы. Невысокого роста, стройная, с каштановыми волосами… Чем-то напоминает вон ту молодую художницу, что расположилась с мольбертом неподалеку. С нее удобно лепить фантомный образ, но потом ей лучше уйти. На всякий случай, во избежание… Вот уже появился призрачный образ Светланы… Интересно, что внешность ее я запомнил хуже, чем звучание… Вот появилась первая струна – черная. За ней красная, белая, синяя… Все по порядку, ничего не упустить! Все, теперь настраиваем ее арфу. Самая тонкая и кропотливая работа. Глушу внешнее восприятие почти в ноль. Максимальная концентрация! Аккуратно, шаг за шагом, вывожу звучание каждой струны на тот уровень и в ту тональность, которую слышал в момент нашего со Светланой расставания вот здесь, на этом месте, где я оставил ее с Дарьей… Процесс небыстрый и нелегкий, но я, как ни странно, справляюсь…

Уфф! Вот и все, кажется… Призрачная Светлана стоит рядом со мной и звучит в точности как тогда. А художнице пора: я не знаю, как закончатся мои эксперименты. А она тут единственная посторонняя. Вечер уже, да и тучи начинают выглядеть угрожающе, народа мало. Аккуратно воздействую на белую и темно-серую струны художницы. Внушаю ей таким образом тревогу по поводу дождя и мысль о том, что он начнется прямо с минуты на минуту. Вот она глядит на небо, ежится и спешно начинает собираться.