Как Вы думаете, где сейчас хозяин гостиницы, что натравил на меня бандитов? Зека на стройках пятилетки! Уже выбился в бригадиры, в «бугры» и стал на путь исправления. А как иначе? Ведь у надсмотрщиков отличные бичи из воловьих жил. Аргентинского производства.
Так что, вероятней всего, если где соберутся 8–9 «портеньо» из столицы, то уверенно считай — один из них стукач. Что всегда про себя подумает: «Полегче. За такие слова, знаешь…»
То есть все тайное моментально станет явным.
Думаю, что и сведения о нападении на меня уже превентивно где-то проходили. Больно уж много народу было задействовано в нем. А подобное скрыть просто невозможно. Скорей всего большинство рядовых исполнителей использовалось «в темную». То есть цель они не знали.
А «Масорка», «карающий меч революции», «опора народной империи», посчитав, что целью станет не высокопоставленный правительственный чиновник и не партийный функционер, решила, что обычный криминал не их компетенция и передала информацию в милицию. Где она и застряла. То есть с этой стороны плохо быть «тайным советником Сталина» и официально не иметь высоких чинов.
Во-вторых, чего мне боятся огласки? Это пусть мои враги боятся. А я с родной «Масоркой» не прочь успешно сотрудничать. С наслаждением.
За исключением одного щекотливого момента.
Я же тут известный оракул. Провидец, перед которым открыты все тайны грядущего. Белый маг. С дозволения начальства. Жужжу как муха, а от меня отмахиваются…
И тут такой конфуз. Какой же ты пророк, когда сам влез в ловушку? Ослеп? Или потерял свой дар? Как-то это нехорошо выглядит. И пахнет. А как известно, в столице понты ценятся превыше всего.
Обычно я делал предсказания только по «глобальным вопросам». Мол, мелочевкой не занимаюсь. Только то, что войдет в учебники истории и стоит моего внимания. Но аргументик шаткий. Пророк, не распознавший смертельную угрозу для своей жизни, может моментально лишиться «легитимности». Ой, ой, ой!
Вот ёлы-палы!
Короче, скажу, что все провидел заранее, поэтому пошел туда специально, чтобы проверить и убить всех заговорщиков, но увы, не смог предвидеть сущего пустяка, что мой пистолет забарахлит. Такая мелочь ускользнула от моего внимания. А так бы я всем показал… Да и сейчас, в общем-то, продемонстрировал, что со мной шутки плохи. А что? Вдруг прокатит.
Прокатит…Тьфу-тьфу-тьфу, чтоб не сглазить!
Пока мои промыли и перевязали раны, приехал срочно из «Масорки» дежурный офицер.
— Драсьте…
Молодой лейтенант. А это самый лучший вариант.
Потому что, в Аргентине, все как в России или в СССР. Да и в любой стране мира, с чинами люди только «бронзовеют». Дубы крепчают…
Классификация следующая. Молодой лейтенант — главный оплот армии или НКВД. Он по должности должен все знать и хотеть служить. Это главные его обязанности. «Страшный лейтенант» должен уметь все делать самостоятельно и просто «службу тянуть». Отзвонил — и с колокольни долой!
Капитан — уметь организовывать работу подчиненных и развивать в них желание служить.
Майор — знать, где и что в его подразделении делается. Подполковник — уметь доложить начальству, где и что делается. Полковник — самостоятельно находить то место в документе, где ему надо расписаться. Генерал — скрепя извилинами в остатках мозгов — самостоятельно расписываться там, где ему укажет адъютант. Главкому военного округа, как полному оболтусу, предписано лишь уметь ясно и четко выражать свое бурное согласие с мнение министра обороны. Министр обороны, словно какой-нибудь монтер Мечников, «измученный нарзаном», — может просто и понятно сказать президенту или правителю страны то, что тот хочет услышать.
А президент должен периодически, но не реже одного раза за свой выборный срок, побывать в воинской части. И, заигрывая в демократию, спросить у лейтенанта: в армии какой страны тому хотелось бы служить. Если тот ответит, что в той же где работает и президент, то последний обязан пообещать повышение жалования. После следующих выборов.
Так что я окинул прибывшего чекиста взором и подумал: «Экий бравый…» Так как в левой руке у него был зеленый грязный пенал с письменными принадлежностями, а в правой бутерброд с копченой колбасой. Ха, сразу видно увлечённого человека.
Лейтенант Торрес подробно опросил меня и моего слугу, Хулио. Все тщательно зафиксировал «под протокол» и уехал. Багровый от радости. При этом глаза его сияли как звезды.
Теперь всем злоумышленникам конец. Определенный. И неизбежный. Спасется только тот, кто вовремя сумеет эмигрировать. Остальных повяжут.
Без вариантов. В покушении на меня участвовало почти два десятка человек. Включая вспомогательный персонал. Теперь, когда известно, кто был целью, «Масорка» станет носом землю рыть. Отыщется стукач или сразу два. Которые дадут весь расклад.
Опять же трупы. Аргентинская НКВД пройдется частой гребенкой по их кругу общения, по знакомым. В подвалах «Масорки» никто запираться не будет. Расколются до самой жопы.
