Скорость, удар, напор. И я иногда чувствовал, треща костями, как его клинок, найдя слабое место в моей защите, втыкается мне в кожу. Незначительно углубляясь в тело. И добавляя мне неприятных ощущений. Нечего и говорить, что испытание это оказалось чертовски трудное. Вроде барокамеры.
О боже! Он мне так все кишки вытрясет!
Но зуб даю, что этот ошарашенный латинос, принимает меня за легендарного берсерка!
Я явственно слышал, как соратники ему, в удивлении, кричат:
— Эй, Хосе, что с тобой? Забыл, как бить надо? Каши мало ел? Неужто этого дебила уложить не можешь? Он, часом, не железный?
На это я ничего не отвечал — было некогда.
Да и было бы удивительно, если бы в таких печальных обстоятельствах, я внезапно гулко грянул басом, как архиерей на приеме:
«Господу богу помолимся…»
Уф! С правой, слабой стороны у меня никого из соперников не имелось, так как я все же, шлепая и прыгая, успешно достиг глинобитного дувала. Облегченно вдохнув, я развернулся спиной к стене, прикрывая свои тылы. Теперь будет немного проще отбиваться. Если учесть, что теперь я полностью обезоружен и покалечен. Да и устал уже порядком. Руки налились свинцом. Ноги дрожали. Дыхание сбилось.
Только бы живым выйти!
Правда, и число соперников-мерзавцев у меня несколько уменьшилось. Забравший мой кинжал своим телом громила, после моего богатырского пинка, упал и больше не поднялся. Очень эффектно! Похоже, этому уже хватит. С горочкой.
Еще один бандит ушел на второй план. Кажется, его я все же подстрелил, и, когда адреналин немного схлынул, то он решил, что пусть теперь бьются за него другие.
Третий нападавший, которому я раздробил коленную чашечку, еще не остыл от схватки. Сильно хромая, он медленно, как покалеченный терминатор… Словно тигр, почувствовавший запах крови… Передвигался в мою сторону. Как говорят: шел юзом.
Видит этот Терминатор, делать нечего — надо помирать. Под Вторую рапсодию в исполнении симфонического оркестра.
Тоже не боец. Скорее половинка бойца. Наверное, пьяный. Или обкурившийся дури. Пока боль не нахлынула. Еще кипят в нем силы, еще требует к своей особе внимания! На пару минут. Короче, ему уже в крематорий пора, а он…
Так что против меня оставалось лишь двое, вооруженных кинжалами громил. Уже немного легче. Дела, скажу я, славные!
В кромешном мраке нападавшие казался мне всего лишь расплывчатыми сгустками мглы. Пятнами, чуть более черным, чем окружавшая их со всех сторон непролазная тьма.
В довершение позитивных моментов, почувствовал, что чувствительность правой руки понемногу возвращается. И теперь я могу ее чуть-чуть использовать в защите. Так что времени я даром не терял.
Немного отведя в сторону руку с клинком правого громилы, заблокировал очередной удар, я вцепился пальцами левой руки в кисть с кинжалом левого врага. Но тот упорно продавливал клинок к моей тушке. Мышцы врага под моими судорожно стиснутыми пальцами были напружинены, как рояльная струна. А моя собственная хватка грозила вот-вот ослабнуть, и это приводило меня в отчаяние.
Но предаваться горестями было некогда, так что я отчаянным усильем воли нанес ногой мощный и сильный удар левому бандиту, полностью сосредоточенному на этом своеобразном амреслинге, в пах. В чернильном мраке ночи тут же прозвучал звук, что был похож на удар копытом лягающегося мула. Наложенный на вопль кастрируемого кота. И наша канарейка, как говорится, «попела».
Как изящно выразился бы по данному случаю поэт-классик: «Яйцо с размаху шмякнулось о деревцо!»
Так что мой враг буквально улетел как Карлсон. Обещал он вернуться или нет не знаю, но этот субъект уже к нам не вернулся. Вероятно, его унесло куда-то в район Бразилии. Где так много диких обезьян.
Приободренный таким поворотом сюжета, я еще раз заблокировал правой рукой удар кинжалом своего соперника, от которого мог бы увернуться и слепой, соорудив нехитрую ручную баррикаду… Одновременно выбросив кулак левой в район его переносицы. Со сросшимися волосатыми бровями. И, судя по боли в костяшках, хорошо попал.
Бам-м-м! Саданул как молотобоец. Каждый килограмм своего веса, напряжение каждого мышечного волокна — всего себя я вложил в этот крушащий удар. Теперь этот чудик, если выживет, то будет явно носить кличку Плоскорожий!
Затем я, со взрывной энергией, решительно прыгнул вперед. В таких моментах действуешь на инстинктах, не думаешь, не чувствуешь, не замечаешь ничего, кроме прямых угроз и мест на теле врага для нанесение критического удара.
Так что, мощнейшим ударом ноги, попавшей в бедро Терминатору… У которого это была как раз опорная нога, так как вторая не действовала, превратившись в кровавое месиво… Я снес его с копыт долой. Завалив на землю. Заплел нашему козлику ножки кренделем.
Закрепляя свой успех, решил рискнуть и добить поверженного противника. Так что пробил настоящий пенальти ему по черепу.
«Какой ты на хрен танкист?» Если защитного шлема-танкиста не имеешь? Раздался жуткий хруст и разлохмаченный Терминатор отрубился. Причем надолго, если не навсегда. В общем, глупая, нелепая смерть…
