Уолш чувствовал, что умирает… В груди что-то хрипело и булькало, наверное пуля этих проклятых «бошей» пробила лёгкое. Дышать становилось всё тяжелее и тяжелее. Он с тоской вгляделся в бездонное жаркое тропическое небо, будь оно неладно… Чёрт его дёрнул ввязаться в эту авантюру с германскими физиками…
Где-то неподалёку полегли Мартин и Альфред. Он видел, как последнему пуля попала в шею, вырвав оттуда кусок связок и вызвав фонтан крови. Редрик не был медиком, но догадывался, что после такого не выживают.
А Мартин поймал очередь из станкового пулемёта грудью, когда прикрыл его своим телом при попытке отойти под защиту леса. Но что-то всё-таки прилетело и ему. Интересно, остался в живых кто-нибудь из этих конторских крыс-фэбээрщиков? Как она веселились, собираясь на «славную охоту»! А случилось самим стать дичью… И если бы не контрабандисты этого Косматого Хуана, то и он давно бы уже отправился куда-нибудь на Валгаллу… Или в страну Вечной Охоты, как говорят у него на Родине индейцы.
В какой-то момент Уолшу захотелось заплакать… Он вдруг подумал, что за свою относительно короткую и остаточно никчемную жизнь так и не сделал чего-то главного, того, после чего уже и не стыдно покидать этот подлунный мир. Он не оставил после себя потомства. Не написал какую-нибудь книгу, полезную для всего Человечества… Даже не купил дом в Аризоне, как когда-то мечта…
Человечество… Редрик хрипло засмеялся и тут же заперхал кровью… Какое человечеству дело, например, до того, что произошло здесь с час назад? Несколько «честных» парней завалили нескольких «неправильных». Ну, или им так казалось. Что, это что-то изменило в мире. Нет. Разве что в нём действительно стало немного чище. А Человечество ничего не узнает об этом даже из вечерних газет.
Он снова закашлялся, между рёбер раздался жуткий клёкот.
— Постарайтесь не кашлять, — услышал он негромкий голос. Чья-то тень легла ему на лицо, человек забросил «шмайсер» на ремне за спину и склонился над ним. Лицо странно знакомое и незнакомое в одно и то же время… — Мы вывезем вас отсюда. К сожалению, остальные погибли.
— Вы их тоже заберёте?
— Ваших помощников? Нет, мы не похоронная команда. Да и для дела будет лучше, если останется меньше улик. Птицы и хищники за пару дней наведут тут порядок.
— Чёрт… Я вас знаю? — напрямик спросил незнакомца, который умело и быстро накладывал ему на грудь повязку. Европейское лицо, аккуратные усики… Знаком, определённо знаком…
— Вряд ли, — человек закончил перевязку, обернулся и бросил кому-то. — Принесите брезент из самолёта, Дик, нужно аккуратно перенести его… Мне не нравится его рана.
«А уж как мне-то не нравится, — успел подумать Уолш. И добавил про себя, — а самолёт — это просто прекрасно!».
И провалился в спасительное небытие, без боли и сновидений.
Директор ФБР Эдгар Гувер, крупный широкоплечий мужчина в костюме в тонкую полоску ворвался в кабинет Директора центральной разведки словно торнадо на пляжи Майами. Из-за очков в тонкой золотой оправе сверкали яростью глаза, шёлковый галстук слегка ослаб в узле и сполз набок, неизменной оставалась только причёска: волосы были коротко пострижены и забраны назад, волосок к волоску.
Сколько же ему сейчас, вдруг подумалось Уолтеру Смиту? Уже за пятьдесят. Далеко за пятьдесят. Начинал он в далёкие двадцатые, когда города Америки оккупировала после Первой мировой войны межнациональная преступность. Толпы эмигрантов высаживались разноголосым десантом в порту Нью-Йорка, они стремились в благословенную Америку в поисках лучшей жизни, ведь легенда о стране равных возможностей уже была широко растиражирована в старушке-Европе. Штатам нужны были рабочие руки, тысячи рабочих рук. После войны экономика была на подъёме, грезился строительный бум, небоскрёбы росли, как грибы после дождя.
И среди этой аморфной массы из-за границы в Америку ринулся преступный люд. Поначалу наибольшую опасность представляли итальянцы, привнёсшие на новую родину нравы неаполитанской Каморры. Их примеру через какое-то время последовали и остальные, включая русских, французов, испанцев, мексиканцев… Больная страна всем была готова предоставить убежище. В том числе, и криминальному элементу.
Гувер пришел в Бюро расследований, когда оно ещё не было федеральным. И сразу реорганизовал его, сократив количество неэффективных агентов и перестроив сами принципы работы организации.
