— За наличные? — стояла на своем Лес. — Бога ради, Роб, у тебя есть и свой кредит в магазинах, и свои кредитные карточки. Ты можешь выписать чек за любую вещь, которую тебе захочется купить. Глупо носить с собой так много наличности.
— Это мои, черт побери, деньги! И если я хочу носить их наличными, это мое дело. Я не говорю тебе, как ты должна расходовать свои деньги. Не указывай и ты мне, как расходовать мои! Я уже больше не ребенок. Я не должен бежать к тебе всякий раз, как мне захочется что-нибудь сделать. Если мне понадобится твой совет, я сам его спрошу. А пока уймись.
— Думаю, вы все уже сказали, Роб, — спокойно вставил Рауль. — Садитесь, чтобы мы могли приступить к ленчу.
— А вы, — Роб ткнул пальцем в сторону Рауля, — вы держитесь-ка в стороне, если соображаете, что для вас хорошо.
— Роб… — возмутилась Лес, но осеклась, когда юноша выскочил из-за стола. — Роб, куда ты? Ты не съел ни кусочка.
— Я не голоден.
Лес встревоженно смотрела ему вслед.
— Я больше его не понимаю. Он так сильно изменился с тех пор, как… — Она глянула на Рауля и не докончила фразы. Кажется все-таки, что Роб начал выказывать этот неразумный гнев только после того, как она и Рауль впервые сошлись вместе в Аргентине. — Надеюсь, это всего лишь стремление к независимости, нередкое в его возрасте. Желание поступить по-своему, несмотря на то, умно это или нет.
— Он своеволен.
— Он всегда легко поддавался настроению, даже когда был ребенком. Но никогда не впадал в такой гнев, как теперь. Думаю, в последнее время он слишком перетрудился. Как только просыпается — сразу же в конюшню и проводит почти все время за тренировкой или игрой. Ты заметил?
— Да.
— Думаю, для него это становится слишком трудным. Всякий из нас может сломаться из-за чрезмерного напряжения. — Лес была встревожена поведением сына и пыталась найти ему оправдание. — Ему нужно немного снизить темп.
За стол села Эмма, и кухарка внесла свежий салат из морских продуктов.
— Кейти, — обратилась к ней Лес, — Роб решил, что он не голоден и не будет есть с нами. Можете унести его прибор.
— Завтра наша новая команда играет дружеский матч против «Блэк-Оук». Ты собираешься прийти и поболеть за нас? — спросил Рауль.
— Конечно, — с вымученной беззаботностью откликнулась Лес, притворяясь, что не произошло ничего особенного.
На следующий день все шло, казалось, как ни в чем не бывало.
Воодушевленный поражением, которое они нанесли команде «Блэк-Оук», выигравшей в прошлом году кубок Кинкейда, Роб смеялся и хлопал по спине товарищей по команде. Лес видела даже, как он схватил за руку Рауля и начал уверять его, что команда выиграла только благодаря умелому руководству капитана.
Рауль молча выслушал его, однако, когда Роб предложил отпраздновать их первую победу вместе с двумя остальными игроками в клубном баре, решительно отказался. Он присоединился к Лес, и они вдвоем пошли на стоянку, где оставили автомобиль.
— Почему ты не захотел пойти с ними? — спросила она.
— Ребята получат гораздо больше удовольствия, если я не буду слушать, как они бахвалятся, — улыбнулся Рауль.
Вокруг его рта залегли усталые складки. Он обнял Лес за плечи, привлек ее к себе, и они зашагали нога в ногу.
— Роб играл очень хорошо, не правда ли?
— Лучше, чем в прошлом…
Когда они проходили мимо теннисных кортов, Лес заметила двух игроков, выходивших из решетчатой ограды с ракетками в руках и полотенцами, висящими на шее. Она сразу же узнала Эндрю, загорелого, мускулистого, одетого в теннисные шорты. И вдруг ощутила слабый приступ ностальгии, нечто вроде горького сожаления. И сама удивилась этому чувству. Она увидела, как он глянул в ее сторону и как шаг его сделался слегка неуверенным, когда пути их пересеклись.
— Здравствуй, Эндрю.
— Лес? Как поживаешь? — Он замолчал и вытер концом полотенца выступившую на лице испарину.
— Просто замечательно, спасибо.
Она уловила во взгляде, который ее бывший муж бросил на Рауля, неодобрение… Или, может быть, это была ревность? Как странно. Он не хочет, чтобы у нее был кто-нибудь другой, хотя сама она ему вовсе не нужна.
— Думаю, ты незнаком с Раулем Букананом, — сказала она. — Рауль, это мой… мой бывший муж Эндрю Томас.
— Я много о вас слышал, мистер Буканан. — Эндрю с бесцеремонным видом пожал Раулю руку. — Дочь рассказала мне, что вы тренируете Роба.
— Тренирую.
— Роб сильно продвинулся вперед, — вмешалась Лес. — Жаль, я не знала, что ты здесь, Эндрю. Они только что сыграли «дружественный» матч с командой Чета Мартина и разбили их в пух и прах. Ты мог бы сам посмотреть, как Роб хорошо теперь играет.
— А где он?
— В баре, празднует победу.
Эндрю глянул в сторону клубного здания.
— Может быть, загляну и поздороваюсь с ним. — Однако в голосе его звучало сомнение. Эндрю знал, что Роб не хочет с ним встречаться.
— Он со временем успокоится, Эндрю. Я в этом уверена.
Лес хотелось сделать что-нибудь, чтобы положить конец этому отчуждению между отцом и сыном. Но Роб становится очень упрямым, когда чувствует, что им пытаются руководить. Вот Триша, та сумела простить родителям их развод — Лес сама в этом убедилась.
