В результате поражения в войне русские разделены на три социума. Имперцы, живущие на разумной планете Престол. Воздействие планеты привело людей на иную ступень эволюции. Техноморфы, остатки флота из которого созданы кибернетические организмы на основе биологического носителя. Оставшиеся на бывшей территории РФ жители русских резерваций. Все три социума питаются выжить и объединиться пред лицом внешней угрозы инопланетных рас и государств ООН.Содержит нецензурную брань.
Ни один ветеран не расскажет, как проходит инициализация. Конечно, в общих чертах эта процедура всем известна. Но дьявол всегда кроется в мелочах и деталях.
Известно, что в тело ветерана помещают симбионта. А вот тут начинаются детали. Симбионт в состоянии гибернации имеет температуру минус пять градусов, весит пять килограмм и по консистенции напоминает комок слизи. И в тело его не помещают, а он заползает сам. Комок слизи, размером с футбольный мяч, холодный и плотный, естественно пытается найти вход в организм носителя. И естественно самый широкий проход, самый удобный. Между собой ветераны называют эту процедуру заморить червячка. А вот вторая незаметная деталь. Симбионт попадает в организм постепенно, примерно за двадцать минут.
Известно, что на адаптацию симбионта уходит от одного до четырёх дней. Теперь незаметная деталь, симбионт, попав в агрессивную среду желудка, включает свои защитные механизмы. А именно нейтрализацию кислоты. Ветеран похож на беременную женщину, да ещё с отключенной функцией желудка.
И вот симбионт начинает взаимодействие с телом носителя, подстраиваясь под него. Слияние произошло, и симбионт частично распределяет свою массу в теле носителя. Вот тут снова происходит некий нюанс. Для равномерного распределения массы симбионта необходимо внешнее воздействие. Методом научного тыка было доподлинно установлено, что запредельные физические нагрузки и травмы заставляют симбионта задействовать все свои защитные механизмы для помощи носителю. А на деле это выглядит совсем не так как звучит. Ветеран преодолевает тяжелейшую полосу препятствий, а на финише его очень сильно избивают. В этот момент и рождается первая традиция ветеранов. Пока тебя избивают, особым шиком считается сломать нос одному из экзекуторов. Впрочем, кандидат может и не сопротивляться.
Есть один неприятный момент в этой процедуре, кроме боли. Симбионт может и не активизироваться и тогда процедура повторяется. За всё существование корпуса ветеранов таких примеров было три. Два окончились повторами. А вот третий случай можно считать рекордным.
Некий молодой человек по имени Аскольд прошёл три круга ада и готовился на четвёртый. Так уж сошлись звёзды, и парень был не прост и симбионт был необычен.
Не смотря на равенство и братство на Престоле, всегда были, есть и будут люди, которые чуть ровнее и роднее других. Десятый ребёнок в семье. Впрочем, многодетные семьи на Престоле правило. Но семья его немного необычная, ну вот прямо самую малость. Папа Аскольда уважаемый человек в обществе, один из сильнейших одарённых, в общем, император. Мама не просто домохозяйка, берите выше, императрица. На минуточку по силе мало уступающая супругу.
Ну и симбионт достался Аскольду не простой. Продвинутая версия. Вот не задача. На Престоле всё самое опасное испытывают не на рядовых гражданах, а на детях императора. Странная традиция, но древняя. Самый первый император Анатолий I Берг во время великого исхода на Престол вынужден был пробовать всё первым, дабы своим примером воодушевить соотечественников. Это не прибавило ему счастья, но повысило авторитет до облаков. С тех пор все императоры вынуждены быть пионерами и первопроходцами. А если им не досуг, тогда пыхтят их дети.
Аскольду просто повезло или не повезло. Стукнуло четырнадцать годочков. Начало первого цикла служения. Это всегда служба в дружине. А Аскольд единственный неодарённый изверг в семье. Он просто идеально подошёл на роль испытателя. Злые языки под хмелем иногда говорят, что учёные еле дождались совершеннолетия цесаревича, хотя могли и раньше испытания начать.
На такой рекордный забег собрались посмотреть все свободные ветераны лагеря. Ветераны выстроились вдоль всего маршрута испытательного полигона. А на тех ветеранов, которые очередной раз будут избивать цесаревича, смотрели неодобрительно, будто они повинны в мученьях парня.
Полосу цесаревич проходил уже шагом, мешком переваливаясь через препятствия. Водные преграды преодолевал с грацией топора, а подвесные тропы всегда заканчивались падением. Страховка? Не, не слышали.
Все временные рекорды побиты и забыты. Финишировал цесаревич уже на четвереньках. Ветераны даже немного растерялись. Бить лежачего цесаревича очень неудобно в моральном плане. А вот с точки зрения физиологии, тело лежит удобно. Можно и пнуть. Они и пинали. По настоящему, без жалости. Пятого круга цесаревич может и не выдержать, симбионта надо разбудить тут и сейчас.
Результата как не было, так и нет. Цесаревич выплевывает отбитые лёгкие, мокрое пятно растекается по штанам. Осколки зубов вываливаются на утоптанную землю.
