– Эта шлюха ничего кроме отребья рожать не умеют. Если бы я трахнул императрицу, то она родила бы настоящего мужика, а не это недоразумение, – надменно произнёс один из ветеранов, избивавших цесаревича.
Будто мир остановился. Сотня ветеранов с удивлением уставилась на говорившего ветерана. Бранные слова в адрес правящего дома по закону не наказывались. Но за такое этого ветерана мог вызвать на поединок каждый второй имперец, а уж ветераны готовы растерзать обидчика.
Тишину нарушил хрип цесаревича:
– Сейчас я тебя покажу.
До того лежащий мешок с костями очень медленно поднялся и поковылял к ветерану. Неуверенный замах цесаревича был блокирован и нанесён ответный удар.
Цесаревич растянулся на пыльной земле, но сразу стал медленно подыматься.
– Давай малыш, маму надо защитить. А то папка, то не справляется, – презрительно бросил ветеран.
Снова удар повалил цесаревича.
– Впрочем, у тебя и сёстры такие же, как и мамашка, – рассмеялся ветеран.
– Аааааа, – вырвался хриплый вой.
Цесаревич мгновенно поднялся и бросился на противника. Схватив ветерана, Аскольд принялся бить лбом в ненавистное лицо противника. Сейчас это был враг, который посягнул на святое.
– Убью тварь!!!! – шипел цесаревич и бил, разбивая и себе лицо.
– Довольно, – раздался негромкий голос.
Ярость Аскольда будто выдохлась, оставив опустошение в душе. Силы покинули тело, и цесаревич упал на тело избитого врага.
Уже через пару часов Аскольд и ветеран, которого он избил, стояли навытяжку перед командующим корпусом ветеранов князем- воеводой Корневым и кронпринцем Ярославом, официальным наследником императора.
Разбор происшествия начал кронпринц Ярослав:
– Император поручил мне разобраться в происшествии. Согласитесь, необычный случай. Цесаревич избивает заслуженного ветерана.
– Не вижу причин вмешательства одарённых в дела ветеранов, – ответил князь- воевода.
– Алексей Иванович, я понимаю неловкость момента. Ветераны всегда дистанцировались от остальных имперцев. Однако это не значит, что императору нет дела до них, – продолжил кронпринц.
Привычка Ярослава говорить без эмоций очень бесила Аскольда, впрочем, не только его.
– Дистанцироваться? Мы от изгоев отличаемся только тем, что смогли отстоять своё право на существование, – довольно резко ответил князь- воевода.
Кронпринц поморщился, что было признаком просто невероятного гнева с его стороны, и спокойно продолжил:
– Те времена, когда изверги и изгои были равны, прошли безвозвратно. Ветераны неотъемлемая часть Империи.
– Которую одарённые непременно пнут при любом удобном случаи, – зло добавил князь- воевода.
Губы кронпринца слегка дрогнули в улыбке, и он примирительно сказал:
– Нам ли Алексей Иванович не знать, как опасно трогать ветерана. Император послал меня не карать и судить. Этот молодой человек его сын. Ему пришлось нелегко. Да и брат он мне.
Примирительный тон кронпринца положительно воздействовал на командующего корпусом.
– Сам удивляюсь. Четыре круга. Такое впервые в корпусе.
– А вот слова в адрес императрицы и сомнения в нашем императоре меня несколько обеспокоили, – нанёс первый удар кронпринц.
– Не играй со мной в эти игры Ярослав. Мы не чужие люди. А ветераны в корпусе это почти кровные братья. Если они поссорились, значит помирятся. А упоминание правящей семьи нужно было для дела. Симбионта требовалось разбудить сильной эмоцией. Нет ничего сильнее ненависти, когда маму оскорбляют. Это сработало.
– Ох уж ваши странные ритуалы. Ладно, дядя Лёша. Если говоришь, что всё нормально теперь, пусть так, – согласился кронпринц, убирая с лица маску наследника императора и становясь собой.
– Порой ты такой козёл, – попенял кронпринцу князь- воевода.
– Наследнику императора приходится соответствовать статусу. Одарённые не очень любят слабых. Иногда добро со слабостью путают. Так или иначе, происшествие выйдет из корпуса. Что делать будите?
– А ничего не буду делать. Наши древние предки за нас всё придумали. Как говорили, кровью искупят.
– В каком смысле, кровью? – уточнил спокойно Ярослав.
– На войну отправлю.
– Империя не ведёт войну. Да и основные государства ООН тоже, – парировал Ярослав.
– Слав, чё ты мне баки забиваешь, не ведёт. Ветераны всегда на острие атаки. Все ваши махинации в ООН оканчиваются маленькими войнушками.
– Не будем о высокой политике в присутствии простых ветеранов, – осадил кронпринц.
– Не будем. А вы двое свободны. В штабе корпуса получите предписания. Свободны.
Для Аскольда всё происходящее было настолько новым, что он как сомнамбула отправился в штаб. Хотелось и с братом поговорить и быстрей отправиться к месту службы, попробовать новые возможности симбионта.
– Спасибо, – неуверенно сказал Аскольд в спину ветерана.
Ветеран повернулся, улыбнулся и ответил:
– Пожалуйста, братишка. Это хорошо, что ты всё правильно понял и обиды не затаил. А теперь прощай.
Хлопнув Аскольда по плечу, он широкой пружинистой походкой ушёл.
– Аскольд, – окликнул цесаревича знакомый голос.
