— Вперёд, донийцы! Не останавливаться!
Снова ряды черноплащников пришли в замешательство.
У Тефана положение было худо: перевес сил тафгуров давал о себе знать. Черноплащники медленно, но всё же оттесняли всадников Донии. Ещё немного, и они смогут зайти в тыл дружины.
Добромир изо всех сил сжимал рукоятку меча.
— Ну что ты, Янык, медлишь? Иди к Тефану, иди!
Янык со своей тысячей находился у реки. Его всадники располагались за фалангой, в бой ещё не вступали, но помогали стрелами. С высоты коней они разбивали ряды черноплащников, стреляя через головы донийцев.
— К Тефану, к Тефану, — повторял Добромир.
Словно услышав слова арадийца, Янык помчался на левый фланг. Тафгуры не выдержали напора, дрогнули и начали отступать. Но уже скоро они пришли в себя, и отступление прекратилось.
— Вот и славно, вот и хорошо, — приговаривал Добромир.
И Добромир, и Архегор знали: наступил пик сражения. Сейчас может произойти всё что угодно, и даже небольшой перевес в силах может решить исход всей битвы.
Понимал это и Форофирт. С угрюмым видом он наблюдал, как его пешие воины медленно отступают. Но на правом фланге его всадники понемногу выжимали донийцев.
— Всех моих всадников на правый фланг, — приказал он.
У Форофирта оставались ещё две тысячи конных воинов. Это была его личная охрана, и теперь он бросил её в бой.
И Тефан, и Янык видели, как в обход сражения скачет отряд черноплащников. Фаланга постоянно двигалась вперёд, и теперь «Ежи», выставленные для защиты фланга, остались далеко позади. Путь тафгурам в тыл дружины был свободен.
Черноплащники обогнули фланг Тефана и перед ними открылись тылы донийцев. Ещё один удар и всё — победа! Но им пришлось повернуть своих коней. Со стороны оврага на них мчался отряд в белых плащах, и лишь один воин выделялся среди них — Баяр. Его красный плащ развивался на скаку. Тафгуры повернули коней на него.
Донийцы успели выпустить по стреле, побросали луки и выхватили мечи. Снова чёрное и белое перемешалось в одну кучу.
— Архегор, ты только посмотри, что Баяр вытворяет! — в голосе Добромира слышалась гордость за своего товарища.
Отряд арадийца разгромил черноплащников и направился на выручку Тефану и Яныку. Тафгуры начали отступать. Донийцы, приободрённые успехом, жали на них всё сильнее и сильнее. Фаланга, сминая чёрную пехоту, всё так же уверенно двигалась вперёд.
Добромир смотрел на старца, и ему очень хотелось закричать: «Вот она, победа!». Но он молчал, боясь спугнуть удачу. Впрочем, Архегор и сам улыбался. Оба они понимали, что означает отступление тафгуров.
— Ну что, Добромир, кажется…
— Победа! Что тут скрывать! — воскликнул арадиец. — Смотри, вон тафгуры бросились врассыпную.
Тафгуры на самом деле бежали по сторонам, но лицо Архегора приняло тревожное выражение. Добромир взглянул на старца, и улыбка исчезла с его лица.
— Что-то происходит, Архегор? — он знал, что означают нахмуренные брови старца.
— Кажется, происходит…
Добромир ещё раз выглянул через бойницу. Да, верно, тафгуры бежали, но бежали не назад, а в стороны! Создавалось впечатление, что они хотят кого-то пропустить. И этот «Кто-то» появился…
На пригорок медленно выходило чудовище. Оно было просто огромного размера — семь или восемь метров высотой. Монстр стоял на двух лапах, опираясь при этом на длинный хвост. Его голова, казалось, состоит из одних челюстей!
— Вот он, «Кузнечик», — чуть слышно сказал Архегор.
Арина с Актаной, держась за руки, смотрели на поле боя. Внутри у девочки всё похолодело. Даже летающие ящеры теперь казались ей просто забавой.
— Тиранозавр! — тихо сказала она.
— Кто? — переспросил Архегор.
— Это тиранозавр. Чудовище, вымершее ещё миллионы лет назад. Это самый совершенный хищник, когда-либо созданный природой. Ему нет равных.
Монстр тяжёлой поступью шёл на дружину. Лошади в испуге шарахнулись во все стороны, унося с собою всадников. Воины фаланги стояли на месте без движения.
— Держать строй, — тихо сказал Тефан.
Тиранозавр медленно приблизился к фаланге и остановился. Донийцы плотнее сжали ряды. Чудовище смотрело на людей и, шумно выдыхая, вынюхивало округу.
— Как ты думаешь, Токтан, его можно прикончить? — прошептал какой-то воин позади него.
— Ещё не знаю, — вполголоса ответил Токтан.
— Лучники, стрелы, — негромко скомандовал Танас.
Донийцы медленно, стараясь не делать резких движений, вложили стрелы на тетиву.
— Стреляйте ему в голову, — снова тихо сказал Танас.
Воины потянули тетиву, луки заскрипели. Монстр, резко вытянув шею, зарычал.
Такого рёва никто и никогда ещё не слышал. Кровь застыла в жилах людей. Все стояли, не шелохнувшись, луки так и остались натянутыми.
— Пускай! — крикнул Танас.
Сразу десятки стрел ударили по голове монстра, но все как одна отскочили, не причинив ему никакого вреда. Он с головы до ног был закован в мелкую железную чешую.
