Кридол снова очутился на тропинке. Она запетляла перед ним и скрылась за деревьями в том месте, куда ворона вела тафгуров. Кридол проследил взглядом, откуда вела тропа, и к своему большому удивлению обнаружил, что она огибает кусты, через которые он так усердно продирался, пожертвовав при этом своим плащом.
— Ах ты, глупая птица! — заорал он не своим голосом. — Неужели ты думаешь, что я не проделал бы лишних пятьдесят шагов, чтобы обойти эти дурацкие колючки!
Кридол, незаметно для вороны, полез рукой в сумку с продуктами, притороченную к седлу.
— Ну ладно, ладно, — насколько мог мягко, пробурчал он. — Лети сюда, моя птичка, я не стану больше на тебя кричать.
Ворона подлетела ближе, села на ветку дерева, но всё же косила своим вороньим глазом, ожидая подвоха со стороны Кридола. И не напрасно. Кридол неожиданно запустил в птицу тем, что ему попалось под руку — это оказался сухарь. Тафгур не попал в ворону и разозлился ещё больше.
— Ещё раз так сделаешь, и я тебя зажарю! — визжал Кридол. — Ты поняла меня? Прибью сухарём!
Ворона перелетела на другое дерево, но всё же продолжила указывать путь черноплащникам. Всадники тронули коней, и чёрный отряд двинулся дальше.
Тафгур на коне в самом последнем ряду пятитысячного войска постоянно вертел головой в разные стороны и оглядывался, ему чудилось, что вот сейчас на него набросится какой-нибудь огромный дикий зверь и разорвёт в клочья. Двое спутников, ехавших по бокам, тоже смотрели на лес с опаской, но вели себя более сдержано.
— Что ты всё время крутишься? — недовольно проговорил тафгур справа, и сам невольно оглянулся.
— Вдруг медведь какой нападёт или волк. Позади нас ведь больше никого нет, мы последние.
— Не боись. У меня копьё, у тебя меч под рукой. Никакой зверь нам не страшен, а больше в лесу и нет никого, даже птиц и тех не слыхать. Перед нами все разбежались.
Эти слова приободрили черноплащника, но всё же через некоторое время он снова обернулся назад, и не поверил своим глазам! Тропинка позади них исчезала! Она зарастала травой, но тут же проявлялась в другом месте, и вела совершенно в другую сторону.
— Ты видишь это? — прошептал черноплащник, толкая в бок сотоварища.
— Что — видишь? — пробурчал тот, оглядываясь.
— Тропинка! Она зарастает прямо за нами, а потом появляется в стороне.
— Ничего я не вижу, тропа как тропа. Что ты ерунду несёшь? Трава так быстро не растёт, олух!
— Да, трава так быстро не может расти, это точно, — успокоил себя черноплащник.
Он перестал оглядываться и теперь ехал молча. Потом снова не удержался и обернулся. Опять та же картина: тропинка исчезает и появляется в стороне. Он отвернулся от тропинки и проговорил загадочным полушёпотом.
— Снова то же самое! Эта тропа передвигается!
Черноплащник, ехавший слева, с размаху ударил его по голове.
— Ты ещё скажи, что пеньки ходят!
Побитый тафгур надел шлем на голову, который держал в руках, и обиженно замолчал. Он больше не оглядывался назад, чтобы ещё раз не получить тумака, но по сторонам всё же посматривал.
— О-о, пенёк побежал! — неожиданно даже для себя закричал он.
Сразу два удара — справа и слева — приняла его голова. «Хорошо, хоть шлем надел», — одобрил он сам себя.
Ряд, где находился тафгур-нытик, приблизился к тому месту, где Кридол прошёл через кустарник и изодрал свой плащ. Теперь, после прохождения большей половины отряда, на каждой колючке высоких кустов висело по маленькому кусочку тафгурских плащей. Шипов было много, и ветви высоких кустов росли так часто, что проходить здесь не очень-то хотелось.
— Зачем они сюда полезли? Вот же тропинка, огибает все эти кусты, поехали по ней.
— Действительно, зачем драть плащ, — согласился сосед по ряду, — он у меня почти новый, пять лет всего ношу. Давай по тропе.
И они направились по тропинке, обходя кустарник. Весь отряд — полторы тысячи всадников — последовал за ними.
Они обогнули кустарник, и за ним показались несколько низеньких растений. Тафгуры прошли ещё немного вперёд и повернули. Кусты закончились. Тропинка повела вперёд, но только черноплащники, шедшие впереди, куда-то пропали.
— Давай прибавим шагу, мы отстали, — предложил Нытик.
— Что-то очень быстро мы отстали, — заметил кто-то. — Только что мы их видели, они были рядом.
— Да чё ты, сейчас повернём за деревья и догоним. Тропа ведь одна, куда они денутся?
Тафгуры пустили коней рысью. Они свернули за деревья, потом ещё раз, и никого впереди себя не обнаружили. Тафгуры пустили коней в галоп, благо, что деревья росли теперь пореже и ветки не хлестали по лицу. Минут через десять такой скачки они остановились.
— За это время мы точно должны были догнать отряд, — взволновался Нытик, — а их как не было, так и нет. Что происходит?
— Нас должны ждать, — тревожно сказал второй. — Может, мы свернули на другую тропу?
— Тропа была одна, это точно. Мы просто обогнули кусты, вот и всё.
— Нужно идти назад к тому проходу, так мы наверняка не ошибёмся.
Отряд черноплащников развернулся и снова скакал по тропинке в галоп. Через некоторое время они остановились у того места, где на колючках висели обрывки чёрных плащей.
