Понять их нужно. Это можно. Вот только как враньё принять? Ведь не в одночасье всё произошло. Значит, тлело годами. Да какой там тлело – полыхало всё, пока до конца не выгорело. И ведь вида не показывали. Наверное, ради меня старались. Может, и правильно, детство-то хорошее было. Только коробит от этого вранья, обманутым себя чувствую. Не сейчас. Раньше обманули, когда, втроём, взявшись за руки, в зоопарк ходили.
Треснула семья. Раскололась, как гнилой орех – только дымок серый пошёл. Разбежались по своим углам. Шебаршатся, строят. Каждый сам за себя.
Вертелся, стараясь устроиться удобнее. Лежать – жёстко. Хорошо, что хоть не холодно.
Зачем я здесь? С ним. Хотя вертолёт – это прикольно!
Словно толкнули изнутри. Понял.
Понял, откуда взялась тревога. Осталось только обернуть эту тревогу словами. Проговорить.
Наверное… он знал это уже вчера, но понимание словно лежало на какой-то затерянной полочке в глубине сознания. Ещё вчера не хотелось этого понимания, вот и лежало невостребованным. Сейчас пришло время.
Открыл глаза – смотрел на нависающий потолок палатки.
Тяжело, с хрипом рядом дышал Колька – спал.
Провёл рукой внизу живота – сухо. С вечера заложил в трусы тряпку, на всякий случай – спальник бы не намочить.
Стараясь не шуметь, аккуратно расстегнул молнию на входе. Стоя на коленях, ещё по пояс в спальнике, высунул голову наружу.
Светало. Дождь перестал. Открывшийся в мутном свете пейзаж завораживал.
Голое каменистое плато полого заваливалось в серость. Камень мокрый, чёрно-коричневый. Два небольших озерка в едва наметившейся низине соединяются узким перешейком. И низко, кажется, рукой достанешь, нависают тучи – фиолетово-чёрные, словно клочья свалявшейся шерсти. Пусто, голо, ничего лишнего – природный минимализм.
Всё сложилось.
Это было не то место. Не та речка.
Сам ведь перерисовывал карту у геолога – там лес должен быть по берегам реки – сам зелёным закрашивал кальку. И тот ещё говорил, что с дровами проблем не будет. Про болото ещё что-то говорил…
Какое, к чёрту, болото! Камень сплошной. Есть ли здесь хоть какая-то речка? И что теперь делать?
Моя вина. Организатор хренов!
Заворочался Колька:
– Что? Встаём?
– Нет. Спи, спи. Рано ещё… Я пройдусь, посмотрю, что к чему.
После ухода Андрея так и не заснул. Хотелось пить после вчерашнего спирта. И ощущение было, что ночью не спал совсем.
На часах – начало седьмого. Нет… восемь часов пролежать, без сна – это не реально. Значит, только кажется, что не спал.
Встать, что ли?
Промозгло, сыро, серо.
Возился с костром. Не хотел разгораться, медлил. Пламя нехотя съедало тоненькие веточки, но за большие приниматься не спешило.
Из палатки вылез Виталик. Потянулся. Огляделся. Присвистнул.
– Ну… и где твоё обещанное солнце?
– Ты бы хоть поздоровался с утра. Не учили?
– Учить-то учили… Андрюха спит ещё?
– Нет. Пошёл бродить. Возьми ведро, за водой сходи. Заодно и умоешься.
– А что у нас на завтрак?
– Что приготовишь, то и будет.
– Злой ты какой-то, Колька, с утра. Нет в тебе чуткости и ласковости. Вот представь, просыпаюсь я, выхожу в этот безрадостный мир, а ты меня встречаешь лучезарной улыбкой и чашечкой кофе – маленькая такая чашечка, блюдечко белое… Представляешь? И этот серый мир озарится солнечным светом твоей улыбки, и будет восхитительно пахнуть кофе.
– Иди уже, трепло! Манку будем варить. И чай вместо твоего кофе.
– Может, Вадима разбудить?
– Виталик! Ты достал! Пусть парень поспит.
Андрей вернулся, когда они уже позавтракали.
Виталик возился со спиннингом, любовно посматривая на коробочку c блёснами. Колька с Вадимом свёртывали палатку.
– Почему такой хмурый? Там каша под ватником. Ну что? Лодки надуваем? – Виталик рассёк спиннингом воздух – аж свистнуло. – Рыбы вам наловлю! Это не каша манная.
– Погоди, Виталик. Не гоношись. Дай спокойно поесть.
Андрей уселся на тюк с лодкой, поставил на колени котелок. Не спеша черпал ложкой. Молчал. Его не дёргали. Притихли. Ждали, что скажет.
– Значит, так… Ничем я вас порадовать не могу, – начал Андрей, прихлёбывая чай из кружки. – Только пока не перебивайте. Давайте я всё расскажу, а потом будем обсуждать и орать друг на друга.
Сейчас… самое главное…
Это не то место, не та речка и, вообще, всё не то… И я не представляю, где мы находимся.
– Ни хрена себе! – первым среагировал Колька, рывком сдёргивая капюшон энцефалитки с короткостриженой головы.
– Коля – стоп! Помолчи!
– Блин! Как так могло случиться? – не мог остановиться. Вскочил, вцепился рукой в ворот свитера, оттягивая, словно тот его душит. Невысокий, кряжистый, на месте не стоит, приплясывает от возбуждения. – Это ведь серьёзно! Как не то место? Сдохнем ведь здесь!
– Подожди ты паниковать. – Андрей отставил кружку в сторону, устало провёл ладонью по лицу. – Нервом ничего не поправишь. Случилось то, что уже случилось.
– Колька! Дай Андрюхе всё объяснить. Не перебивай, пожалуйста, – Виталик – ватник нараспашку, живот выпирает, синяя шапочка с помпоном едва держится на затылке – не спеша стал подкладывать веточки на угли.
– Это моя вина. Ну… и стечение обстоятельств.
