Я был глупым и слабым? Чёрта с два! Всего лишь не сумел разобраться со своими проблемами и наивно понадеялся укрыться от них на другом краю света. Увы, мои неприятности оказались сродни злющим псам, которые бегут по пятам и кусают за ноги. От таких не спрятаться, таких не задобрить куском колбасы и не обмануть чужой личиной — если только учуют, непременно догонят и порвут в клочья.И да – ищейки на мой след уже встали. Оторваться не получится, и едва ли я сумею подобрать достаточно убедительные аргументы, чтобы меня просто оставили в покое. А значит, придётся их всех убить. Иначе никак, ведь на кону стоит моя новая жизнь адепта и лекаря. Пусть чужого мне и не надо, но что моё — то моё!
Избавиться от пары бездыханных тел не так-то и просто. Особенно — посреди города.
А именно что два бездыханных тела на нас с Беляной сейчас и висели. По сути, нам оставалось лишь оттащить покойников в какой-нибудь глухой закуток и убраться отсюда подобру-поздорову в надежде на то, что мертвецов обнаружат лишь утром, в идеале — после дождя, который помешает взять след ищейкам. Прямо скажем, так себе вариант, когда на кону стоит твоя собственная жизнь.
Я бы точно не стал уповать на столь невероятное везение и предпочёл явиться с повинной, но грязь посреди дороги так до сих пор и продолжала закручиваться воронкой — подтащенного и сброшенного туда Доляна засосало и утянуло под землю самое большее за пять ударов сердца. Краса постигла та же участь, а следом Беляна зашвырнула костяной шар, мелко дрожавший и беспрестанно осыпавшийся серой пылью.
Стоило только артефакту сгинуть в грязи, как тотчас отступила заполонившая улочку тишина. Черноволосая пигалица с чувством выругалась и взвесила в руке магический жезл.
— Возьмёшь? — спросила она.
Я мотнул головой и хрипло выдохнул:
— Чужого не беру.
Беляна насмешливо фыркнула и оставила артефакт себе. Я оглядел дорогу, поднял свою изгвазданную шляпу, встряхнул её и водрузил на макушку.
— И как мы в таком виде в усадьбу явимся⁈ — простонала девчонка, одежду которой покрывала корка уже начавшей подсыхать грязи.
Лично меня наш внешний вид волновал сейчас меньше всего, я уставился на воронку и нахмурился.
— Не вытолкнет она тела, как думаешь?
Беляна подошла и повисла у меня на руке.
— Не должна. Замедляется уже.
И в самом деле — вскоре от провала не осталось и следа, а когда я рискнул пройти по образовавшейся на его месте луже, то сапоги погрузились в грязь по середину голени, но и только.
Порядок!
— Пошли! — позвал я девчонку и похромал прочь, припадая на отбитую ногу.
Беляна быстро нагнала и ухватила под локоть.
— И что теперь, Серый?
— А что теперь?
Девчонка зло поджала губы.
— Не прикидывайся! Что будешь делать, когда в Тегос заявится посланец рода Огненной длани?
Я пожал плечами.
— Крас мог соврать!
— А если нет?
Царапнула постыдная неуверенность, но я виду не подал и ответил кривой ухмылкой.
— Разберусь! — Затем уже далеко не столь уверенно заметил: — В конце концов, я никакой не боярин, а Лучезар Серый. И никто обратного доказать не сможет.
— А станут ли?
— Плевать! — отмахнулся я.
Идти до главной усадьбы было всего ничего, а уже в скверике перед особняком я подхватил Беляну на руки и уронил девчонку в мраморную чашу фонтана. Сам с хохотом повалился следом и скрылся под водой, но сразу вынырнул и помог выбраться подруге.
— Дурак! — возмутилась та, отплёвываясь и отфыркиваясь.
Но это она зря. После водных процедур мы стали заметно чище, да и подоспевшие на шум морские пехотинцы теперь могли засвидетельствовать под присягой, что мокрыми и грязными мы заявились в усадьбу из-за купания в фонтане.
Алиби — не алиби, но хоть что-то.
А вот потом я допустил серьёзнейший просчёт. Не внял требованию Баюна отправляться в общую спальню, а завалился в каморку под лестницей. Впрочем…
Ничего бы это, пожалуй, уже не изменило.
Мастер Среброгор оказался немолодым коротышкой — сухим и даже ссохшимся, с редкими седыми волосами, болезненно-жёлтым лицом, строгим узким ртом и цепкими недобрыми глазками. Одежду он носил исключительно тёмных тонов, шейный платок и тот не отличался яркостью расцветок, а из украшений мне удалось приметить лишь золотую цепь с медальоном, отмеченным символикой Черноводской торговой компании. И пустяшной безделицей, предназначенной только для подтверждения высокого статуса владельца, эта штуковина совершенно точно не была — жила в ней какая-то хитрая магия.
Странный человечек. Будто и не купчишка вовсе, а уличный проповедник.
Сам не знаю, с чего такое мнение на его счёт сложилось.
Впрочем, наверное, всё же не проповедник, а книжный червь.
Счетовод же!
Сразу после завтрака всех обитателей усадьбы собрали в просторной гостиной, и Баюн взялся представлять нас ревизору, который оказался записным брюзгой и беспрестанно отпускал замечания касательно неподобающего, по его мнению, внешнего вида барышень. Досталось на орехи и Беляне, но если черноволосая пигалица и глазом не повела, то старшую горничную своими придирками вредный дядька довёл до слёз.
Я с тоской поглядывал на высившиеся у дальней стены напольные часы, но, хоть время и близилось к шести, привлечь к себе внимание просьбой отпустить на дежурство не рискнул. Увы, ничего это не изменило — без неприятного разговора в любом случае не обошлось.
— Что значит: ночной лекарь? — прищурился ревизор, стоило только Баюну меня отрекомендовать. Мастер Среброгор повернулся и указал на магистра Гая. — Чего ради вам содержать лекаря второго класса при наличии полноценного магистра медицины? Возмутительная расточительность!
Старший слуга остался невозмутим.
