Секретарша потянулась к клавиатуре, что-то нажала, и запись снова пошла с обычной скоростью. Мужчины в черном присели возле пострадавшей, и та как будто бы шевельнулась. Один карабинер положил руку девушке на плечо, нагнулся ниже и что-то сказал ей на ухо, после чего она перестала двигаться.
И снова синьорина Элеттра прибавила скорость: офицер-карабинер вопреки гравитации прыжком встал на ноги, и его напарник повторил этот трюк. Мгновение – и в кадре возникли новые действующие лица: двое мужчин в белой униформе, с носилками. Врачи поговорили с карабинерами, потом взбежали на мост и разложили носилки. Синьорина Элеттра замедлила просмотр: медики в белом перенесли девушку на мост под присмотром не отстающего ни на шаг карабинера. Там потерпевшую положили на носилки и унесли в левый нижний угол экрана.
Секретарша тронула другую клавишу, и силуэты на мониторе застыли, словно в детской игре.
– А можно еще раз посмотреть тот момент, когда она упала? – попросил Брунетти.
Синьорина Элеттра исполнила его просьбу, и они опять увидели, как девушка, теряя равновесие, пытается схватиться за парапет… и ей это не удается. Ее пальцы разжимаются, она падает и ударяется головой о край ступеньки.
– Пожалуйста, еще раз, – сказал Брунетти.
Они вернулись к началу. На этот раз комиссар не смотрел – вернее, старался не смотреть – на падающую девушку. Что происходило в этот миг у нее за спиной? Какое-то движение? Да, определенно что-то есть!
– Можно замедлить вот тут? – попросил он.
Синьорина Элеттра еще раз отмотала запись назад. Теперь девушка падала медленно, словно находилась под водой, – вниз, вниз, чтобы грациозно соприкоснуться с поверхностью, отчего у нее сломается рука и появится рана на голове.
Брунетти осознанно сконцентрировался на другом – на гребне моста у нее за спиной. И снова увидел это: темный вертикальный объект, появившийся в поле зрения откуда-то сзади, чтобы тут же пропасть, уступив место чему-то тонкому, горизонтальному, полосатому. Оно мелькнуло вверху, где только что была темная вертикаль, и тут же уползло назад и влево.
Синьорина Элеттра опять вернулась к началу сцены, и они просмотрели ее вновь. Сперва темный вертикальный объект, потом – полосатый горизонтальный, причем оба возникли из одного места в пространстве и туда же вернулись.
Секретарша нажала клавишу, и сцена повторилась еще раз. И еще.
После четвертого просмотра в замедленном темпе, когда на экране оставалось пару сантиметров исчезающего объекта в горизонтальную полоску, синьорина Элеттра остановила видеозапись, повернулась к Брунетти и спросила:
– Как думаете, что это было?
– Пальто и шарф, – без колебаний сказал он. – Их обладатель спустился с моста, чтобы посмотреть на жертву, после чего развернулся и ушел тем же путем. – Комиссар наклонился и тронул экран пальцем. – Вот, его шарф появляется тут и сразу же исчезает.
– Мерзавец! – прошептала молодая женщина. Впервые за все эти годы Брунетти услышал из ее уст ругательство. – Он же мог ее убить!
– И, вероятно, думает, что ему это удалось, – мрачно подытожил комиссар.
Синьорина Элеттра какое-то время молча смотрела на застывшие на экране горизонтальные полоски. Потом подперла подбородок рукой, но глаз от монитора не отвела.
– Сложно представить, что еще это могло быть, правда? – наконец проговорила она. Придвинулась к компьютеру, нажала клавишу, и картинка неожиданно увеличилась в масштабе. – Посмотрите-ка! – сказала секретарша. – Можно даже рассмотреть бахрому на шарфе.
Брунетти нагнулся и понял, что она права. Он отступил, сунул руки в карманы и еще раз всмотрелся в картинку на экране, прикидывая, что именно произошло.
– Девушка была на мосту и упала со ступенек, – сказал он. – Значит, злоумышленник либо шел за ней следом, либо поджидал ее возле моста, а значит, знал, куда она направляется. Столкнув свою жертву, он не удержался от искушения посмотреть, что с ней. – Подумав немного, Брунетти закончил так: – Девушка лежала без движения, пока ее не нашли двое прохожих.
– То есть он и вправду подумал, что убил ее? – развила мысль комиссара синьорина Элеттра. И голосом, напряженным от гнева и отвращения, воскликнула: – Боже, какой ужас!
Видя, что секретарша закрыла глаза, Брунетти решил не заговаривать с ней, пока она не успокоится.
Он приблизился к окну, выходившему на виноградники в саду старинного
– Обычно это муж или бойфренд, – сказала синьорина Элеттра уже обычным голосом. – Или кто-то из бывших, или тот, кого пытаются перевести в эту категорию…
Брунетти пришел к такому же выводу. Значит, другого выхода нет – надо вернуться в больницу и еще раз поговорить с пострадавшей.
