Наёмники понятливо усмехнулись, глядя на молодого сослуживца, и расступились, словно бы приглашая идти первым. Я ударил пятками скакуна, и тот, недовольно фыркнув, понёс меня вперёд. Вскоре мы с пятёркой солдат подъехали к двухметровому брустверу. Мой ленивый конь заартачился на подъёме, и пришлось опять подстегнуть его.
— Здесь придётся спешиться, экселенс, дальше только пешком, — объявил седовласый наёмник, когда мы поднялись до массивных деревянных колод с крест-накрест прибитыми кольями, кои выполняли функцию заграждений против пехоты и кавалерии.
Не став возражать, я спрыгнул на землю. Конечно же, у Железных рубах должен быть обходной путь для всадников. Ведь как-то же свою кавалерию они планировали выпускать на поле боя. Да и пятёрка моих сопровождающих явно не на пегасах перелетела через линию обороны. Уж я бы заметил. Просто мне, как возможному соглядатаю, не желали его показывать. Ну а у меня не оставалось другого выбора, кроме как принять правила игры.
— А ну, посторонись, сукины дети! — заорал седой наёмник на ряды подготовившейся к схватке пехоты. — Дорогу! Дорогу дай, а то живо познакомлю ваши задницы с моим сапогом!
Солдаты послушно расступились, а сопровождающий поспешил неуклюже оправдаться, обращаясь ко мне:
— Вы уж извините, экселенс, но с ними иначе нельзя. В строгости надо держать, и то хуже детей малых, видят боги.
Небрежным жестом показав, что меня подобным не смутить, я продолжил путь. Краем глаза отмечая, как основательно котерия здесь окопалась. Да-а-а, разрази их Многоокий, если брать эти укрепления штурмом, то придётся изрядно попотеть. Но я всё же надеюсь, что с Эггом мы найдём общий язык.
Когда наёмники миновали практически весь лагерь, да остановились возле добротного шатра, я благодарно кивнул им и смело отбросил полог. Внутри меня встретил полумрак, сияние масляных светильников и стол, ломящийся от незамысловатых, но весьма аппетитных на вид яств. А над ним, упираясь в край столешницы, нависал…
— Боги и их первые апостолы! Ризант нор Адамастро! Я не поверил собственным ушам, когда услышал от своих ребят о тебе! Но, пожри их всех Драгор, это и правда ты!
— Ох, не поминай Драгора к ночи, господин энгор, — нарочито серьёзно покачал я головой. — Но вообще, я тоже рад тебя видеть!
Отбросив условности, мы с Эггом по-приятельски обнялись, сияя широкими улыбками.
— Садись же скорее, мой старый друг! — поторопил хозяин шатра, хлопая меня по плечу. — Я велел достать самое лучшее, что только есть в лагере! Конечно, это не те изысканные блюда, к которым ты, вероятно, привык, но…
— Брось, старина! В походе я питаюсь той же солониной и лепешками, что и любой простой солдат, — отмахнулся я. — Давай уже сядем, а то от запахов слюнки текут! Когда ты успел запечь целую утку?
— Ну… я вроде как сам собирался её съесть, — смущённо пошкрябал лысую голову Эгг.
— Ого, да ты неплохо питаешься, господин энгор! — разнёсся по шатру мой звонкий смех.
— Должность обязывает, экселенс! — шутливо отсалютовал мне наёмник.
И мы, веселясь и болтая на отвлечённые темы, взялись за трапезу.
— Вино долго не держи, они немного протекают, — предостерёг Эгг, ставя передо мной простецкую деревянную кружку.
— Не переживай, у меня не застаивается, — подмигнул я, глядя, как приятель наполняет мою ёмкость рубиновым напитком.
Целых полчаса мы, оживлённо беседуя, насыщались и поглощали кисловатое, но всё же довольно вкусное вино. Окунулись в прошлое, в котором хоть и немного было общих страниц, но зато каких ярких. Вспомнили, разумеется, и нашу первую встречу. Эгг сразу же стал допытываться, жульничал ли я, играя в тот день с ними в напёрстки. Наёмник клялся, что спустя столько лет примет любую правду совершенно спокойно. Но я всё равно соврал, так и не признавшись, что вся моя игра изначально на сплошном обмане и строилась.
В какой-то момент у меня действительно возникло ощущение, что я встретил старого и доброго друга. Это необычайно тёплое чувство согревало лучше хмеля. Впервые за долгое время я смог по-настоящему расслабиться и побыть простым человеком. Однако надо было поторопиться, ведь в нашем отряде могли обеспокоиться моим длительным отсутствием.
— Ох, дружище, спасибо тебе за тёплый приём, — поблагодарил я, промакивая в небольшой бадье испачканные утиным жиром ладони. — Но я долго у тебя задержаться не могу. По эту сторону Горного Предела люди ждут от меня вестей. Ты пропустишь нас дальше по тропе?
Наёмник замер, напряжённо вцепившись в кружку с вином, и ничего не ответил. Только досадливо вздохнул и покосился куда-то в сторону. И вот тут-то я, с холодеющим сердцем, понял — торг за право прохода предстоит куда более тяжёлый и яростный, нежели я ожидал…
Эгг по прозвищу Кожаный, старательно избегая смотреть мне в глаза, отстранённо поболтал кружкой.
— Послушай, Ризант, ты же понимаешь, что нас здесь поставили не просто так, — молвил он. — Я бы с радостью тебе помог, но это идёт вразрез с принятыми обязательствами. Принятыми не мной одним, а всей котерией. Пойми, я не могу подвести своих людей.
