– Да. Я Одри-ир-Рии, сын Дирина и королевы Виáды. Пусть и рождённый вне брака, но другого у него нет. По завещанию лорда я его наследник… во всяком случае, считался таковым до того злосчастного дня, когда обнаружил этот Свиток и рассказал об этом отцу.
Я расхохоталась.
– Сколько тебе лет, Орри?
– Двадцать три, – ответил он, пылая как маков цвет. – А что?
– Чем же ты занимался все эти годы? Изящной словесностью? Сложением песнопений? Как мог сын и наследник Дирина вырасти таким… наивным? Да я бы на месте твоего папочки за открытие подобной тайны упекла бы тебя в Храм до конца жизни, если не хуже! Наследников у лорда – пруд пруди, только свистни – набежит с полдюжины, а власть у итлунгов лишь одна.
Первый раз я услышала, как смеётся Рэй – сухо, отрывисто.
– Что я тебе говорил? – вставил он. – Клепал свои вирши – и сочинял бы их дальше! Вошёл бы в историю как первый лорд-литератор. Истины ему захотелось, поэт доморощенный! Правды для Авендума. Сказал тебе – молчи. Узнают итлунги – придушат во сне. Прослышат люди – будет вселенская резня. Нет, честный ты наш… стихоплёт влюблённый!
Слова его звучали горько, но, вопреки смыслу, не злобно. Может, потому Орри не бросился на него с кулаками, а лишь опустил голову и тяжело вздохнул.
– Охами да ахами дело не поправишь, – я постаралась, чтобы мой голос не звучал слишком колко. – Выкладывай дальше, повелитель наш будущий.
– Да чего рассказывать? – горестно протянул Орри. – Отец взял с меня слово, что я никому ничего не скажу. Даже Дило́не, – тут он заалел пуще прежнего. – Это моя невеста, дочь Регнéда, лорда Зорнéса. Святая Нáйна! Она до сих пор не знает, что со мной, где я, жив ли…
– Не уклоняйся от темы, – пробурчал Рэй. – Не помрёт за пять дней твоя Дилона. Крепче любить будет.
– Что ты понимаешь! – жарко возразил итлунг. – Тоже мне, знаток!
– Не отвлекайся! – рявкнула я. – Итак, ты всё сгоряча выложил папочке. Но в Мерден тебя доставила не армия Дирина. Каким образом здесь замешаны Керт и Алькрен? Каковы их цели?
– Альк – старший сын лорда Но́рла, – неохотно сознался Орри. – Если я исчезну, корона лордов перейдёт к нему. Он и прежде был горазд на разные пакости, но – мелкие. Утром он вызвал меня в Орловáи запиской, якобы желая сообщить мне нечто интересное, и я как последний дурак попался на этот нехитрый приём. Разумеется, вместо одного Алькрена меня ждала дюжина малознакомых мне личностей, скрутившая по рукам и ногам быстрее, чем я успел сообразить, что происходит. О том, что он каким-то образом сошёлся с Кертом, я услышал от тебя первой. Как и то, что именно Керт решился тайно убрать меня. И я просто не понимаю, как он мог пронюхать о Свитке, разве что отец по каким-то причинам рассказал ему сам!
– Керт, – проворчала я. – Керт. Кто он такой, леший его побери?!
– Он личность тёмная, – пожал плечами сын Дирина, – родом вроде из Инáгри. Одно время был в чести у отца, затем они рассорились. В Эрлинге его побаиваются и втайне ненавидят. Поговаривают, что ему нет равных в магии, но дел с ним предпочитают не иметь. Ещё ходит слух, будто именно он возглавляет Братство Возрождённых.
– Это что ещё за чудики?
– Чудики? – усмехнулся Рэй. – Члены Братства убеждены, что итлунги слишком низко пали. Мол, пришла пора напомнить людям, кто главный в Авендуме, а итлунгам – что именно они, Хозяева мира, принесли нам магию. И главное, плевать они хотели на Договор. Мол, что это за Соглашение, по которому больше половины Авендума закрыто не то что для людишек, но и для самих итлунгов!