Пётр кивнул и задумчиво посмотрел в сторону моего дома.
— Ты не только спас мне жизнь тогда в гостинице. Ты рискнул собой, чтобы мир был всё-таки заключён, и тем самым спас мой род от истребления.
— Так велела мне честь.
— Я этого не забуду, — серьёзно посмотрев на меня, сказал Бехтеев, а потом опять повернулся к дому.
«Надеюсь, что не забудешь. Ты можешь стать неожиданным козырем в борьбе с твоим сюзереном», — подумал я.
— Ты разрешишь мне попрощаться с госпожой Есенией и… Белославой?
— Ты всё-таки запал на неё, — я с усмешкой покачал головой.
— Что? Глупости! — воскликнул Пётр и покраснел.
— Да всё в порядке. Конечно, можешь попрощаться. Если она не против, можешь даже пригласить её на свидание. Впрочем, нет — сначала поединок. После него я решу, достоин ли ты встречаться с моей сестрой.
Бехтеев бросил на меня опаляющий взгляд, но потом до него дошло, что это шутка. Коротко рассмеявшись, он быстрым шагом направился к дому.
Вот теперь войну можно было считать полностью завершённой. Но, как я и сказал Яромиру, всё только начиналось.
Можно сказать, что этот конфликт был пробой сил. Репетицией перед настоящей войной. Которая может разразиться скорее, чем кажется.
И мой род должен быть к ней готов.
Прошло две недели.
За это время я успел восстановить работу рекламного агентства. Все прошлые клиенты вернулись, за исключением парочки особо пугливых. К тому же получилось найти одного нового — крупного лесопромышленника из Пихтогорска.
Часть трофейного оружия и боеприпасов я всё-таки распродал. Машину спецназа, хоть её и можно было сплавить за хорошие деньги, решил оставить себе. Деньги можно заработать, а достать такой автомобиль — дело непростое.
Их по всей России наберётся не больше нескольких десятков, и большая часть из них — в императорской армии.
Никто из Блэкспиров так ко мне и не явился. А ведь должны были. В конце разговора с Владом я узнал, что поставками оружия на деньги Чёрного орла должны были заниматься именно они.
Сволочи. Есть вероятность, что они приложили руку к смерти моего отца. Плюс достоверные сведения, что они продают оружие князю Молотову и обучают его солдат. Играют на обе стороны, оставаясь при этом чистенькими.
Меня раздражало подобное лицемерие. Но сделать я пока что ничего не мог.
Ключевые слова «пока что». Ведь у меня была ниточка, за которую я собирался потянуть, чтобы узнать больше о Блэкспирах и их участии в большой игре.
Для этого предстояло встретиться с моим добрым другом и партнёром, Андреем Левиным.
— Здравствуй, солдат, — я зашёл в комнату, где держали единственного оставшегося пленника.
— Здравствуйте, господин, — склонил он бритую голову.
— Как с тобой обращаются? Не обижают?
— Никак нет, ваше благородие. Кормят нормально, только двор подметать заставляют.
— Неужто ты у себя в казарме порядок не наводишь? — усмехнулся я.
— Обычно новобранцы трудятся.
— Понятно. Как зовут?
— Емельян.
— Ну, рассказывай, Емеля, — я подвинул табурет и сел напротив. — По какому поводу барон Левин отправил вас воевать?
— Э-э… не знаю никакого барона Левина, господин.
— Брось врать, — отчеканил я. — Как ты думаешь, почему всех остальных пленных Бехтеевы забрали, а тебя оставили?
— Не могу знать, ваше…
— Потому что ты не из их рядов, — перебил я. — Видимо, ты не помнишь, но когда ты был ранен бою, то бредил. И сказал что-то вроде: «зачем же барон Левин меня сюда отправил?». Так вот и расскажи мне, под каким предлогом он это сделал.
Солдат замолчал, перебирая скрещённые пальцы. Я немного подождал, а потом был вынужден сказать:
— Я не приемлю пытки. Поэтому не бойся, вырывать тебе ногти или стачивать зубы напильником никто не будет. Но я могу найти телепата, который расколет тебя вот так, — я щёлкнул пальцами в воздухе. — И поверь, когда телепат копается в твоих мозгах, это едва ли не хуже вырванных ногтей. Поэтому говори.
— Простите, ваше благородие, — промямлил Емельян. — Но если скажу, барон Левин меня убьёт.
— А откуда он узнает? Наверняка он думает, что все его бойцы полегли. Сколько вас было, кстати?
— Сорок человек. И что вы со мной сделаете? — побледнел солдат.
— Ничего. Отпущу.
— Просто отпустите?
— Просто отпущу, — повторил я. — Иди на все четыре стороны. Семья-то есть?
— Родители и сёстры младшие. Под Тверью живут.
— Вот и отправишься к ним. Захотите скрыться, переедете куда-нибудь. Давай, Емельян, рассказывай.
— Мы якобы на раскопки отправились, — немедленно начал тот. — Арх… архиголические или как там. Ну, вы поняли.
— Угу, — кивнул я.
— Мы сами до конца не знали, куда едем. Думали, и правда каких-то копателей будем охранять. А когда до Старосибирска добрались, нас офицер Бехтеевых встретил и всё объяснил. Мы принесли временную присягу, нацепили их нашивки, ну и вскоре на вас пошли. Ну а потом… сами знаете. Разбили вы нас в лесу.
— Понятно. Значит, раскопки? — я почесал подбородок. — Ты помнишь, какого числа это было?
— Не уверен, господин. Время прошло уже, да и ранен я же был.
— Вспоминай. Это важно.
