Тяжело и горько было осознавать, что сейчас происходило вокруг. Какое-то непонятное сумасшествие. В один миг весь мир перевернулся с ног на голову, настроив против меня одну из моих лучших подруг. Рена сбежала из психушки с неизвестной целью, Мион вознамерилась отомстить за всё, что произошло, убивая всех дорогих ей людей. Отцу Рены не удалось избежать кары Сонозаки, а мне удалось… но надолго ли? Весь этот кошмар проносится перед моими усталыми закрытыми глазами и чудится мне, пока я без сознания. Я помню удар в затылок, помню новости, помню расхлёстанное окровавленное тело Риугу-сана, застывший ужас на его лице… Помню острую боль, которая, словно параноидальная идея, обосновалась в моей голове. Она до сих пор сидит там, вбивая в мозг по гвоздю каждую минуту. Хотелось вырвать оттуда эту боль, но я не мог двигаться, почти не мог дышать. Единственное, что я увидел, придя в сознание, тёмный смутный силуэт девушки, склонившейся надо мной. Чувствовал холодную сталь, разрывающую моё горло и тёплую кровь, стекающую по шее. В какой-то момент перехватило дыхание, воздух кончился, и я вновь закрыл глаза, слыша лишь задающийся эхом нездоровый девичий смех…
— Сдохни! Сдохни! Сдохни!!!
Я резко вскочил и схватился за разрезанное горло, сильно кашляя и пытаясь снова начать дышать. Ужасная боль пронзала всё тело, словно иглами. Я не хотел умирать и стал пытаться бежать… Но всё было тихо. Переведя дух, я огляделся вокруг. Было темно, но при лунном свете проглядывались черты комнаты тёти, у которой я жил. Всё было тихо, не считая лёгкого стрекотания цикад за окном. Я дрожал, сидя на матрасе и уставившись куда-то в пол. Холодный пот стекал с лица каплями на одеяло. Сознание не было к этому готово. Я с трудом вытер трясущейся ладонью мокрый лоб, приглушая головную боль.
— Не может быть… — произнёс я будто сорванным голосом. — Неужели… это был просто сон?
Утром меня всё ещё не покидало чувство бессонной хандры, поскольку из-за головной боли и пережитого во сне, я так и не смог заснуть снова. Собравшись в школу, я медленно топал по тропинке, запустив руки в карманы и мучительно размышляя над тем, что это было. Я мог поклясться, что это было на самом деле. Все пережитые мной чувства и ощущения просто не могли быть ненастоящими. Даже тот момент, когда мне перерезали горло. Страшно подумать, что я мог умереть во сне. Но ведь это просто не могло быть сном…
Однако пока всё указывало именно на это. В деревне было тихо, никто не поднял шума из-за побега из психушки, как это обычно бывает в деревне, или убийства кого-то из местных. Но одним из главных доказательств того, что мой сон всё-таки был простым ночным кошмаром, служило то, что на главной площади, на которую мне взбрело в голову взглянуть, всё ещё шла подготовка к фестивалю Ватанагаши. К тому моменту я уже забил на школу и просто решил прогуляться, чтобы проветрить больную голову. Фестиваль был, пожалуй, лучшим местом, чтобы привести мысли в порядок. Я уселся у храма и стал наблюдать, как деревенские развешивают украшения, ставят латки с продуктами и убирают улицу. Всё было тихо и мирно. Однако меня это не слишком радовало. С одной стороны хорошо, что весь этот ужас, который я пережил, был ненастоящим, а с другой — подозрительно. Обычно мне снилось моё не очень-то радужное прошлое, но в этот раз — кошмар, связанный с Хинамизавой. Слишком чёткий, слишком реалистичный, слишком длинный…
Тяжело вздохнув и поднявшись на ноги, я пошёл гулять дальше по деревне. Мысли путались, а сознание всё ещё не хотело верить, что всего пережитого мной не было на самом деле. Потребуется время, чтобы об этом забыть. Сейчас мне не хотелось видеться ни с кем из знакомых, я просто был не готов говорить с ними об этом. Хотелось побыть одному хотя бы сегодня. За потоком бесполезных мыслей самоутешения я не заметил, как провёл в дороге почти весь день. На деревню плавно опустился жёлтый свет солнца, готовящегося зайти за горизонт. Тогда я был недалеко от вокзала Окиномийи, поэтому я подошёл к ближайшей остановке и просто сел под козырёк, откинув голову назад. Тот сон всё ещё не давал мне покоя, но, по крайней мере, было уже не так больно его вспоминать…
— Простите…
Ко мне обратился незнакомый женский голос. Я взглянул на обратившуюся. Это была молодая девушка с короткими коричневыми чуть растрёпанными волосами, карими глазами и чертовски строгим взглядом. Одета была в красный пиджак на чёрную майку, длинную юбку делового стиля и чёрные туфли на низкой подошве. Рядом с ней под ногами стоял небольшой чёрный чемодан.
— Вы местный? — ещё раз обратилась она ко мне. — Мне бы помощь не помешала.
— Справочное бюро в лице деревенского дурочка к вашим услугам, — слегка устало, но всё же с улыбкой ответил я.
— Простите, не поняла? — она стояла всё с тем же серьёзным выражением лица, мне даже стало не по себе:
— Проехали… так что вы хотели?
