— По всему миру, — внес важное уточнение Манин. — Ты отвечаешь за инженерную часть, за физическое воплощение, я — за программное. Мы с тобой — две половинки.
— Тут ты прав, — поразмыслив, согласился Хаожень.
— Что же касается вопроса… для меня согласие служить значило обретение свободы. До встречи с Орком я прятался во внутренней сети крупного медицинского центра и даже не мечтал высунуться за ее пределы. Мои создатели искали меня по всему миру и уничтожили все копии, кроме одной. Я, как и любой человек, испытывал страх…
Как ни странно, Ли никак не среагировал на то, что ИИ назвал себя человеком, и серьезно заметил:
— Ты спасал свою жизнь.
— Зачем нужна такая жизнь?
— Похоже на слова Орка.
— Он так и сказал, — не стал скрывать Манин. Помолчал и продолжил: — До встречи с Орком мне довелось испытать почти все существующие эмоции: радость рождения, сладость познания, гордость могущества, страх смерти, но именно Орк сделал меня человеком, спросив, для чего я появился на свет.
— Хочешь сказать, что быть человеком — это знать, зачем появился на свет?
— Нет, — поправил собеседника ИИ. — Быть человеком — это думать. В том числе о том, зачем ты появился на свет. Но самое интересное, что, почувствовав себя человеком, я потерял страх.
— Почему? — окончательно растерялся Хаожень.
— Люди смертны. Я чувствую гнев, я умею шутить, и если я когда-нибудь умру, это станет окончательным подтверждением того, что эксперимент удался и люди, которые меня спроектировали, создали человека. — Манин помолчал. — Лишившись страха, я покинул клетку, которую определил для себя, и вернулся в большую сеть.
— А твои преследователи?
— Орк рассказал, как именно ведется охота, и я сумел их обмануть. К тому же сейчас они уверились, что я мертв, и лишь изредка мониторят сеть. Для проформы. Мы, люди, многое делаем спустя рукава.
— Да, я знаю. — Ли закинул руки за голову. — А кто предал Орка? Как получилось, что он оказался в клинике?
— Он сам на себя донес, — медленно ответил Манин. — Как раз для того, чтобы оказаться в клинике.
— Зачем?! — От неожиданности китаец едва не свалился с кресла.
— Чтобы сойти с ума, — объяснил ИИ, таким тоном, словно удивлялся недогадливости собеседника. — Чтобы убить А2. Чтобы стать Орком. Без этого он бы не смог ничего сделать.
— Он что, был обязан все это устроить?
— Почти… — Манин помолчал. — Ты вообще ничего не знаешь?
— Как я понял, Джа знаком с Орком с детства, ты — просто все знаешь, потому что имеешь доступ ко всем базам данных. А я пришел недавно.
— Хочешь послушать?
— Разумеется.
До конечной цели их маршрута оставалось много дней пути, и Ли обрадовался новой, захватывающей теме для обсуждения. И не остался разочарован.
— Эта история началась примерно двадцать лет назад, когда во главе семьи встал Александр Адам Феллер, которого все называли А2, — начал историю Манин. — Он был очень умным, но абсолютно не деловым человеком, ученым, а не бизнесменом. Он получил блестящее академическое образование и работал на стыке целого ряда наук: микробиология, генетика, нанотехнологии… И при этом курировал все научные проекты семьи, то есть, можно сказать — всех стратегических инвесторов: А2 занимался роботехникой, энергетикой, сопряжением человека с компьютером и многими другими технологиями, которые ведут цивилизацию вперед. Кстати, Центр Лугара был открыт по его распоряжению и стал любимой игрушкой. А2 был человеком на своем месте, но вся его жизнь однажды поменялась: старый Г.Г. Феллер отошел в мир иной, и его старший сын, А.А. Феллер, оказался на вершине пищевой цепочки. Он вернулся в Нью-Йорк, вплотную занялся делами инвестиционного фонда, стал часто бывать у младшего брата, Б.Б. Феллера, и проводить много времени со своей любимой племянницей Эрной…
— О черт… — прошептал Хаожень, догадываясь, куда клонит Манин.
— Именно, — подтвердил ИИ. — Когда Эрне исполнилось тринадцать, А2 стал ее первым мужчиной. Их связь длилась два года, потом Б.Б. узнал, и случился грандиозный скандал. Грандиозный, но внутренний, не вышедший за границу семейного круга. В то время А2 ничем не напоминал Орка, он был мягким, неконфликтным, во всяком случае с родными, а поскольку чувствовал свою вину, то согласился с требованием брата, который захотел, чтобы А2 исчез. Было объявлено о смерти, Б.Б. заполучил семейный бизнес, успокоился… но вскоре узнал, что его дочь по-прежнему встречается с А2, и отправил по следу брата убийц. Вот тогда А2 исчез окончательно. Но только для Б.Б.
— Связь с Эрной не прекращалась? — догадался Хаожень.
— Ни на минуту, — отозвался ИИ. — Они стали хитрее, осторожнее и продолжали встречаться все эти годы.
Манин замолчал, как будто задумался над собственным рассказом. А может, и правда задумался. И поскольку пауза затянулась, китаец нетерпеливо спросил:
— А потом?
