— Сам, — Фаусто вновь помолчал. — Побывав в Окситании и поняв, что Орк и есть А2, я стал внимательно приглядываться к Биби, и понял, что он действительно увлечен теми перспективами, которые открывают перед человечеством изобретения "Feller BioTech". Я понял, что он именно увлечен, а не играет на публику. Не радуется заоблачной прибыли, как должен был радоваться менеджер… — Конелли резко поднял голову и посмотрел директору GS в глаза: — Кто убил Биби? Вы?
— А2, — хладнокровно ответил Митчелл. — Я стоял вон там, у стены, но в моей руке не было оружия, потому что братья должны были решить проблему между собой… — Митчелл помолчал. — Я заманил Биби сюда, а когда он явился — ни о чем не подозревающий, — запер дверь. — Еще одна пауза. — Что же касается А2, то он не собирался искать компромисс: сухо сообщил брату, в чем его обвиняет, и пристрелил. Без всяких эмоций.
— А2 убил Биби и занял его место?
— Таков был план, — ответил директор. — А Лариса подыграла и помогла преодолеть первый, самый важный этап замены Биби на А2.
— Лариса так сильно не любила мужа?
— Она его просто не любила, — хмыкнул Митчелл. — Но ценила то, что он ее любит… Ценила до тех пор, пока Биби не отвернулся.
— Из-за того, что она стала пингером?
— Да.
"В радости и горе, в болезни и здравии, пока смерть не разлучит нас", — вспомнил Фаусто. И подумал, что Биби напрасно нарушил клятву, данную им перед Богом.
Потом вновь помолчал, и осторожно поинтересовался:
— За что А2 убил брата?
И по тону директора GS понял, что угадал с вопросом.
— За все, что ты видишь вокруг, Конелли, — громко ответил Митчелл. — За мир, из которого мы теперь пытаемся вытрясти дерьмо. А2 разработал maNika, он ведь и в самом деле чертов гений и был одержим идеей усовершенствования человека. Он совершил такой прорыв в трансплантологии и биотехнологиях, что самые умные люди планеты только начинают осознавать открывшиеся перспективы. Но это сейчас, а тогда, после изобретения нейрочипа, рынок показался инвесторам слишком узким: инвалиды и, возможно, военные… Понимаешь, о чем я?
— Нет, — прошептал Конелли. — Только не это…
— И тогда дядя Сол придумал, как можно расширить рынок, а Биби Феллер и его старый приятель Кастор Розен III реализовали этот план…
— Не может быть, — Фаусто ударил ладонями по столешнице. — Нет! — Еще один удар. — НЕТ!!!
А Митчелл продолжал рассказ, не сбившись и не обратив внимания на выкрики специального агента.
