Все говорят, что это хороший знак. Ведь на этот Новый Год состоится, наконец, событие, к которому готовились последние два года. Упоминания которого от бати я помню ещё в давние времена наших отважных сражений с культистами.
Коронация нового Императора.
Фактически, Пётр Романов, молодой парень, уже два года у власти. Но когда умер его отец, ему было лишь шестнадцать, и правила от его имени его мать.
А теперь вот ритуал вступления в совершеннолетие проведён. И коронация, дата которой была точно известна ещё два года назад, наконец состоится.
— Я иногда созваниваюсь со своими знакомыми с полиции. — поднял как-то за ужином тему отец. — Так говорят, в последние месяцы даже культисты затаились. Ну те, которые нам докучали давно ещё…
— А их разве не добили насовсем? — недовольно поджала мама губы. Она до сих пор болезненно воспринимает случай, когда меня похитили. — Я думала…
Она многозначительно взмахнула изящной вилкой у своего горла.
— Да куда там! — отмахнулся отец. — Разве ж этих разгромишь? Среди тех, кому не повезло, или просто среди всякой гнили, всегда найдутся любители халявы за чужой счёт. А демоны всегда будут таких лохов наё…
— Дима!
— Как некультурно при детях то Дмитрий!
— Всегда будут пользоваться людской жадностью. — смутился тогда батя. — И ни конца, ни края этому нет. Витёк уже заманался из Москвы-реки трупы со вспоротыми брюхами вылавливать…
— Фу!
— Дима, ну не за столом же!
— Да что ж вы нежные-то… ладно, простите великодушно! В общем, перед коронацией как-то поутихли они. Затихарились, гады!
— Замышляют чего-нибудь, думаешь? — с сомнением спросила мама. — Я хотела Костика на коронацию сводить, показать ему. Да и сама глянуть, а то до следующей-то может и не доживу?
— Сонечка! — иронично встряла Эмма, по такому случаю даже внятно делая паузы между словами. — Солнце моё, дорогая! Уж ты-то очередного монарха всяко переживёшь! Или помирать уж собралась?
— Да я не…
— Реально, мать, ты чё?! — фыркнул отец. — Да эти царьки мрут как мухи…
— Т-с-с!‥ — поднял палец к губам Адам. — Я знаю, прежние времена прошли. Но прошу, давайте за столом обойдёмся без хулы на святыни…
Мне кажется, или воздух в гостинной слегка похолодел? Да не, Заклинание ничего не сообщает. Пойду оденусь потеплее просто.
— Мама хоёдна! — подошёл я к ужинающим родителям.
— Ой, замёрз, Костик? Пойдём, хороший мой, оденем кофточку тебе, да? Да, дорогой, пойдём!
— …Тоже мне святыня! — услышал я перед тем, как меня унесли из зала.
— Ну… Какая уж есть. А дальше по делаем посмотрим…
— …Кстати! — вспомнил что-то Адам, когда мы с мамой вернулись за стол. — Ты вот, Дмитрий, про культистов-то говорил.
— Ага. В наш бизнес они вроде не лезут?
Адам помотал головой. Но затем задумчиво продолжил:
— В бизнес-то не лезут, конечно. Что им до жилой застройки и металлопроката? Зато их делегация на днях посетила моего… брата.
Последнее он добавил как бы нехотя, с трудом.
— Ого! — прищурился отец. — А что, он у тебя какая-то известная фигура среди демонопоклонников? У него, часом, нет своего культа?!
— Нет. — жёстко отрезал британец. — Я всё тщательно проверял и постоянно держу на контроле. А брат… да, о нём многие знают. О самом факте его существования. Они просили его кое-что узнать для них…
Ха! Ещё бы! Довольно трудно ничего не заподозрить, когда вокруг заброшенного дома валяются груды костей, а от земли разит скверной и демонической аурой!
— Да? И что же? — подался вперёд отец, сверля британца взглядом.
Не враждебным, конечно же. Просто явно сказываетчся род деятельности.
Адам выдержал тягостную паузу. А я размышлял, к чему он нам всё это рассказывает.
А потом он заговорил и мои сомнения развеялись. Да, это определённо важно.
— Они просили выяснить, кто полгода назад, двадцатого июня, прикончил одного из их элитных демонов-союзников. Некую тварь, умевшую ходить через сны…
За столом воцарилось тяжёлое липкое молчание, которое спустя время нарушила Эмма:
— Я… Я пожалуй проверю укрепляющие чары на стенах… хи-хи… защитные всякие… хорошо любимый?
Адам медленно кивнул.
— Да неужели мы опять перешли им дорогу?! — всплеснула руками мама.
Эй, чуть чай на меня не пролила! Осторожней же надо быть!
— Да уж! — покачал в руках чашку отец. — Верно мне дед говорил перед смертью. Судьба демонолога предрешается тогда, когда он впервые открывает Книгу Имён. И никуда с этого пути уже не сбиться…
Разговор как-то сам собой затух. Все думали о своём… точнее, об одном и том же, но каждый со своей стороны.
Что ж. Значит, нас ищут. Значит, та тварь работала с детьми аристократов не в одиночку. Этого стоило ожидать.
Ну… что сказать? Пусть попробуют прийти, ублюдки!
Новый год и Коронация приближались.
И с каждым днём родители ходили всё более мрачные. А отец всё чаще уходил из дома по ночам.
Загорелый почти дочерна мужчина в кремовом костюме сидел к коричневом кожаном кресле и пил кофе. Со своей явно европейской внешностью и нездоровым загаром, он смотрелся чужеродно посреди роскошного кабинета.
