— Так. — раздосадованно кивнул Император. — Именно так. Но это проблема. Весь наш план втянуть в гимназию лучших магов под предлогом безопасности и качества обучения, а затем обязать их сражаться на Турнире, теперь… несколько пострадает. Многие уже забрали своих самых талантливых детей из школы. А ведь прошло всего два дня!
— Вернут. Многие уже вернули. Слишком много преференций даёт ребёнку наш диплом. Вы лучше меня знаете, что нашему дворянину приличная бумажка дороже жизни отпрыска.
— Дороже… наверное. — пожал Император плечами. В этот момент он больше чем обычно напоминал простого мужика, порядком уставшего от своей работы и от того, какие мудаки вокруг. — В последнее время я не уверен. Мои… друзья докладывают о зреющем в сердцах знати недовольстве.
— Чем, мой повелитель? Что прикажете?
— Ты и так знаешь, чем, Марк! Тем, что столица великой Империи превращается в осквернённую клоаку, где ночью на улицу выйти опасно!
Марк с хитрым прищуром взглянул на Императора. О, он всегда так глядел, когда собирался вынуть какую-нибудь козырную карту из рукава и заявить: «Вот, мол, Ваше Величество — а у меня уже есть гениальная идея»!
За это Пётр ценил Пожарского. За это сделал его единственным из людей, знающем о его тёмном пакте с Легитом.
И Марк как всегда не подвёл.
— Дайте им права, повелитель. Пора, у меня всё готово! Дайте знати право самим наводить порядок на улицах Москвы! Объявите Москву зоной свободной охоты на нечисть. Пора!
— Неужели, у тебя наконец всё готово? — недоверчиво покачал головой Пётр. — Уверен, что они не истребят демонов за пару месяцев?
Рот князя растянулся в хищной улыбке, а глаза наполнились алым светом. Он и сам уже не уверен, вполне ли он человек… но свою работу он знает безупречно.
— Уверен, мой повелитель! Всё готово! Гнёзда демонов в московских подземельях так огромны, а инкубаторы из простолюдинок вышли такими прекрасными, что твари уже вот-вот начнут плодиться быстрее, чем знать сумеет их убивать…
Особенно с учётом того, что добрая половина дворян воспримет это разрешение как повод свести свои межродовые счёты. Об этом никто из них не сказал, но оба они это прекрасно понимают. Для того и готовился этот грандиозный замысел.
— Надеюсь, они хоть как-нибудь всё-таки преуспеют! — ухмыльнулся Романов. — А то не будет повода собрать их всех на Турнир.
— Справятся, Ваше Величество. Но прольют столько крови, что сами приползут к вам на коленях, умоляя сделать их отпрысков сильнее, их магов — могущественнее. А многие за эти два года насквозь пропитались гнилой философией «обращения зла против зла» и давно сами заключили пакт с демонами.
Бровь Императора недоуменно вскинулась.
— Гнилой, Марк? А разве твой род веками не стоял на этой позиции? Разве я и то, что я замышляю — зло?
Теперь черёд недоумевать пришёл уже для Пожарского.
— Э-э… Ваше Величество. Боюсь показаться грубым, но… да? То, что вы замыслили для каждого человека — абсолютное зло, не оправдываемое фактически ничем. А наш род…
Пожарский прервался, увидев, как резко поскучнело лицо Петра. Император махнул рукой, устало бросив:
— А-а… Для людей. Да кому не плевать на этих смертных простейших? Я-то думал, ты серьёзную гипотезу выдвинешь, что ты считаешь, что я творю зло с точки зрения высшего баланса в мире. А тут люди… Займись лучше этим пареньком. А я пойду составлю приказ. Жду хороших новостей, Марк.
С этими словами Император удалился, вскоре покинув резиденцию Пожарских. Ещё немного постояв в задумчивости над телом подростка и поглядев в стену, Марк произнёс:
— Адам. Подойди в реанимационную. Поработаешь хоть.
А, когда бывший двойной разведчик прибыл, ожидая указаний, они вдвоём принялись вдыхать в паренька, прикончившего одноклассницу, новую жизнь. Он им ещё пригодится.
— Как очухается, сопроводишь его до Вали Миронова. Он его пристроит к делу. Заодно и познакомитесь. Будет тебе честь за год безукоризненной службы… и за те сведения, которые ты для меня добыл.
— Служу и повинуюсь. — приложил Адам Мелвилл ладонь к груди. — С удовольствием встречусь со столь… выдающейся личностью.
Новый указ Императора — «Указ об особом статусе стольного града Москва и особых правах дворян на его территории» удивил многих. Но только не родителей — кто-кто, а они давно говорили о том, что полицию задвигают всё дальше и дальше, выводя на первый план дворянскую гвардию, спецслужбы и частные военные корпуса.
Что ж. Напустив в столицу демонов и культистов, Его Величество браво объявил, что Россия в опасности, кругом предатели и враги, и срочно-пресрочно нужна помощь знати!
— Дворяне! Он бы ещё к народу обратился, блин! — ворчала мама, пока мы завтракали, сидя дома на осенних каникулах. С первичного издания указа прошло уже две недели, он уже начал действовать. — Взяли бы в руки топоры там, вилы, да пошли тварей громить!
— Да уж, солнце, это тебе не народ! — размахивал отец вилкой с насаженным на неё мясным блином. — Это хуже народа! Лучшие люди города!
