А потом принялся показывать приёмы — и двигался с такой лёгкостью и скоростью, какой прежде не достигал, даже заимствуя грацию у своего кота.
— Мр-недур-рно, человек! — промурчал и сам Хвостик, нагло обнюхивая остальные артефакты. — Пожалуй, м-р-р, я тебя только что зам-руважал! Немрножко, но…
Удержавшись от того, чтобы не выпнуть эту жирную задницу прямо в озеро пламени, я улыбнулся и кивнул, принимая сомнительный, но всё-таки явно искренний комплимент.
А тем временем к своему оружию примерялась и Рина, не желая отставать от Сашки, который ускорился уже до совсем нездорового.
— Саня, в огонь не упади! — окликнул я его. — Этот клинок я заклинал так, чтобы он тебя защищал от всякой дряни. Но от моего же пламени хрен защитит!
— Ух ты! — резко затормозил Саня, реально едва не ухнув в магму. — А он ещё и защитный какой-то⁈
— А хер его знает. — ухмыльнулся я в ответ. — Я ж не проверял. Должен бы быть. Но штука в том, что всё, что вы видите — помнящее оружие. Э-э… ну вот Рина, например. Что такое помнящее оружие?
Девочка, как и все мы уже проходившая эту тему в школе, отчеканила без запинки:
— Помнящее оружие — вид артефактного вооружения, либо созданный из материалов с богатой историей магом высокого мастерства, либо долго использовавшегося существом с высокой реальностью так долго, что в свете его силы обрело свои собственные уникальные свойства! Ого! А какие⁈
— Да говорю же, пока неясно. — отмахнулся я. — Я закладывал конкретные. Но у нас-то тут особый случай. У этих костей и как у материалов история богатейшая — им, блин, десятки миллионов лет!!! И как часть тела сверхреального существа они служили очень и очень долго. Так что как минимум охеренная прочность этому оружию гарантирована. Саню, вон, ускоряет. Остальные давайте тоже пробуйте!
Повторять дважды не пришлось. Рина тут же схватила своё оружие. Тонкий длинный кинжал с такой же маносталевой рукоятью, лёгкой гардой в виде двух алых крыльев, и кроваво-бронзовым лезвием, которое в руках девочки тут же начало буквально дымиться демонической силой.
Не Скверной, нет. Именно силой самой Рины, которая тут же потекла в клинок.
Во второй руке подруга сжимала хлыст… о, над ним я работал особенно кропотливо! Здесь сама рукоять сделана из кроваво-бронзовой кости, а сама основа… о, вот на неё ушло больше всего времени поиска.
Она сплетена из первых волос младенцев. Да, из тех самых, из которых можно сделать нервущуюся нить, всегда восстанавливающую свою целостность. О, сколько десятков тысяч снов мне пришлось пробежать, выискивая родителей, которым снился бы их малыш. Сколько сил потратить, влезая в их сны и убеждая их вспомнить первую стрижку! Сколько маны ушло на то, чтобы сделать эти волосы чем-то реальным!
Но всё это не зря. Я понял это, как только хлыст оказался в руках полудемоницы. Его ударную часть я плотно покрыл мельчайшими и острейшими шипами из всё той же кости. И в её руке эти шипы запылали алым огнём.
А потом запылал и весь хлыст, превратившись в язык живого пламени, с которым Рина тут же начала изысканный смертельный танец.
С каким-то немного даже суеверным трепетом я узнал в этом оружии именно то, от которого я должен погибнуть, если верить тому предсказанию из детства.
Что ж. Если и так — я хотя бы погибну от собственного детища!
Разумеется, они с Саней тут же бросились друг к другу, проверить, так сказать, оружие… И их силы схлопнулись.
Именно так. Хлыст и кинжал Рины тут же проявили своё главное свойство — любая попытка защититься от них проваливалась. Помнящее оружие в разы увеличило собственную силу Рины и Сашка не защитился успешно ни единого раза.
Только вот и Рина не нанесла по нему ни удара. Потому что клинок парня каждый раз вспыхивал… и переносил парня за пределы досягаемости кинжала и кнута.
В итоге Саня не мог приблизиться к Рине, тут же получая удар и телепортируясь, а Рина не могла достать Саню, просто до него не доставая. А, так как защититься успешно Саня сам не мог, спасительная телепортация срабатывала всегда.
Но оба оружия оказались реально мощными! Махаясь своими новыми игрушками, эти двое разнесли мне половину кузни! Просто случайными попаданиями! Меч Саши вскрывал базальт как консервную банку, а хлыст Рины создавал в месте попадания такую температуру, что камень стекленел!
И, конечно же, каждый удар обдавал всё вокруг Благодатью. У Сани — чистой и сияющей как Солнце. У Рины — густо смешанной с её демонической силой, а потом схлапывающейся в месте удара и устраивающей локальный взрыв первостихий.
Когда ребятам наконец надоело месить воздух и мою несчастную кузницу, мы с Лизой оторвали от этого убийственного вальса завороженные взгляды… И девочка робко подошла к своему новому посоху.
Виктор во снах присутствовать не может, так что ему ещё только предстоит сменить место жительства… но, думаю, он не будет против.
— Как… красиво… — прошептала Лиза, аккуратно, как святыню, поднимая новый посох. — И какая сила!
Посох тут же замерцал болотно-зелёным, от него заструились потоки некротики, полностью, впрочем, подконтрольной.
