— Сейчас мы проснёмся. — сказал я напоследок. — И ты проиграешь мне. Не переживай — я откажусь от твоей руки, даю тебе слово Архимага.
И тут реакция Мари меня несколько… озадачила.
— Эй! — выпалила она, заметно покраснев. — Эй ты! А кто тебе разрешал отказ… И вообще! Ты кто такой, чтобы публично отказываться от моей руки и этим позорить будущую императрицу⁈
В ответ я вновь тепло улыбнулся и произнёс:
— Я Архимаг, принцесса. Архимаги возводят королей на трон и уходят по своим делам, а не занимают законное королевское место…
Всё дальнейшее оказалось совершенно предсказуемо. К нам уже спешила помощь, когда мы оба разом встали — но я вскочил сразу и полный сил, а Мари сделала вид, что ещё отходит от моей странной атаки.
— Простите, Ваше Высочество. — галантно прошептал я, аккуратно прикасаясь концом жезла ей ко лбу. — Но вы проиграли.
И вновь погрузил её в сон — но теперь уже в одиночный, настоящий и глубокий. Ну и благодатный заодно — это отлично поможет ей привести мысли и дух в порядок. Что-то вроде местного священного транса восточных магов-буддистов.
Ну а заодно так в её сон не проникнет никакая легитская падла, желающая узнать того, что знать не следует!
— Волноваться не о чем! — выкрикнул я всем, распрямившись над телом Мари и вскинув жезл над головой. — Принцесса цела! Ха! Не думаете же вы, что я буду вредить своей новой жене⁈
Я произнёс это так надменно, так насмешливо и высокомерно, как только смог. Как бы мне не было неприятно такое поведение — но это важная часть плана.
Плана, о котором пока лучше даже не думать лишний раз.
Но этого оказалось достаточно. Трибуны взревели — некоторые от восторга, но куда больше — осыпая меня бранью, насмешками и презрительными комментариями. Ничего-ничего, так нужно.
Я подожду. Архимаг обязан уметь ждать.
Ворота арены открылись — и ко мне гурьбой высыпали счастливые друзья. Мы радовались — во многом искренне, но заодно желая не вызывать подозрений. Пока гвардейцы аккуратно уносили ворочающуюся во сне девушку, мы прыгали, торжествующе кричали и радовались, что все пережили это жуткую резню.
Да, именно так — Сашка пару раз именно так назвал прошедший турнир, сорвав с трибун бурные аплодисменты. А я публично и тоже весьма высокомерно одёргивал парня, мол, что ты клевещешь на священную персону и её замысел⁈
А вот, наконец, и то, ради чего мы так долго готовились и набирались сил.
С парящей над ареной платформы прямо к нам из ниоткуда протянулся этакий «пандус» из чёрного камня. Узнаю почерк Легитского Скульптора, одного из тамошних высших демонов.
Похоже, именно эта тварь курировала делишки Романова и сейчас стоит за его плечом, скрывая свою личность. Точно не кто-то из Старших — Старший сейчас должен будет проникнуть в моё собственное тело.
Но и Высший Демон может создать нам проблемы.
Я в последний раз обернулся на друзей.
— Ну что, как договаривались? — шепнул я одними губами. Друзья кивнули.
О, разумеется, мы уже не раз и даже не сотню раз проговаривали этот момент! Все ждали этой минуты, все к ней готовились… И все думали, как лучше всего разрешить ровно одну, самую главную, проблему.
Сделать так, чтобы Старший Демон явился в наш мир, чтобы все, способные видеть, увидели это, получив неоспоримые доказательства, чтобы мы затем сумели его победить до того, как договор с Императором будет выполнен и его возвысят до Старшего Демона…
И чтобы при этом я не утратил себя. Ибо даже сейчас, даже со всем нашим оружием, убить полноценно явившегося Старшего Демона, да ещё вторгшегося в моё собственное тело, я могу только одним способом.
Разрядив в его всю мощь Универсального Заклинания, пропущенную через призму жезла.
Да, именно так. Это только в детских книжках и старых легендах высшие маги равны, или даже превосходят высших бессмертных — демонов и богов. В реальности, увы, истинную божественную мощь смертный должен взращивать в себе веками и тысячелетиями.
А для этого, конечно, стать прежде всего бессмертным.
Даже я, взращивающий свою магическую силу четыре сотни лет, лишь сумел создать оружие, способное убить бога. Сумел проникнуть в суть магии — но не стать её сутью. Сумел создать источник величайшей силы — но ещё не сумел сам им стать.
И, как только я разряжу всю мощь Заклинания во врага… а точнее, сам в себя, я тут же обращусь в стихию, в безликий магический закон, в сверхмощную аномалию, которая может принести едва ли не больше разрушений, чем любой Старший Демон.
Но разве был бы я Архимагом, если бы пасовал перед такими трудностями вместо того, чтобы придумывать, как их решить?
— А… Можно нам подняться с тобой, Костя⁈ — робко, дрожащим голосом, но громко и чётко, как в театре, проговорила Лиза. Самая безобидная и тихая из нас на вид.
Трибуны накрыл коллективный вздох умиления. А меня шибануло настоящим потоком Скверны. Я почувствовал, как она копится и уплотняется там, на вершине моста, на чёрной платформе в центре арены!
