– Ты найдешь Эслу Корер? Ты единственный человек, кому я могу доверять. Я сообщу тебе все, что знаю о ней, об острове, о людях, с которыми она работает, о лекциях, которые у нее запланированы. Она много путешествует; обычно о ее выступлениях извещают заранее. Я за все заплачу. Мне нужно только одно: найди ее, скажи, как сильно я ее люблю, а затем проси, умоляй, используй любые средства для того, чтобы она вернулась и вновь встретилась со мной. Если она не захочет, тогда, по крайней мере, убеди ее выйти со мной на связь. Я в отчаянии, я долго не выдержу. Я должен быть с ней!
А я тем временем думал: у меня жена и дети, мне нужно заботиться о своем доме, у меня серьезная, ответственная работа. Неужели Честер в самом деле считает, что я брошу все и отправлюсь выполнять какое-то дурацкое поручение?
Однажды я уже рискнул ради него, солгал, пытаясь спасти его, сам не зная почему, – и что получил взамен? Вымученную благодарность и долгое молчание.
Я думал – а он сидел в лучах солнца, заливавших комнату через большие окна. В дом с шумом вошли Хисар и дети.
– Ладно, я согласен, – наконец произнес я.
Честер посмотрел на меня с радостным удивлением.
– Согласен?
– При одном условии. Я буду искать эту женщину, если ты расскажешь, зачем заставил меня солгать полисии. Во что ты влип тогда?
– Какая разница?
– Для меня – очень большая. Расскажи о том, что произошло в театре. Кто-то погиб? Из-за тебя?
– Это произошло давно. Тогда я был юношей. Сейчас это уже не важно.
– Для меня все еще важно.
– Почему ты хочешь узнать?
– Потому что ты заставил меня солгать сотруднику полисии. Ради тебя я и Корер должен врать?
– Нет, все, что я сказал об Эсле, – правда.
– Тогда расскажи мне правду и про другое дело.
– Нет. Я не могу.
– Значит, я не могу отправиться на поиски этой женщины.
Наверное, я ожидал, что наружу вырвется старый, злой Честер, который будет угрожать, льстить, шантажировать, применять другие методы манипуляции… В тот день я осознал, что мой брат раз и навсегда похоронил в себе демона-разрушителя. Он сел на стул напротив меня, обмяк и заплакал. Затем утер слезы и встал у окна. На вошедшую Хисар Честер не отреагировал – она поняла, что у нас тяжелый разговор, и быстро удалилась.
– Прости, что побеспокоил тебя, Уолт, – вдруг сказал он и двинулся к двери. – Больше я тебя просить не буду. Придумаю что-нибудь еще.
– Та история с театром все еще разделяет нас.
– Забудь о ней.
– Не могу.
– А я не могу понять, чем она всех так привлекает.
– Всех?
– Эсла тоже постоянно про нее спрашивала.
Мне следовало сообразить, что эта женщина делала в доме моего брата, но я не сообразил и поэтому промолчал.
Честер ушел, и после этого разговора я беспокоился о нем сильнее, чем когда-либо.
Последующие годы, в общем, стали для нас всех периодом стабильности. Честер страдал по утраченной любви и в конце концов, наверное, с этим справился. Хисар говорила, что поток женщин-фанаток его творчества не ослабевал, так что, полагаю, он смог утолить свои печали. Этого я не знаю и не хочу знать.
Честер продолжал писать, его книги продолжали выходить. Наши дети постепенно взрослели, и вместе с ними мы переживали различные кризисы и наслаждались триумфами растущей семьи. Несколько раз мы с Хисар уезжали с острова в отпуск. Я работал. Казалось, все шло хорошо.
Я решил, что пришло время наконец ознакомиться с романами Честера, и все прочитал, медленно и внимательно, в том порядке, в котором он их написал.
Обычно я предпочитаю литературу другого рода – сильный сюжет, разнообразных, интересных и успешных персонажей, яркое, интересное место действия. Мне нравятся приключения, интриги, подвиги. Романы Честера, с моей точки зрения, были о неудачниках и неудачах: персонажи его книг ничего не могли добиться, постоянно в чем-то сомневались, язык был полон недоговорок и иронии, герои совершали какие-то непонятные действия, которые ни к чему не вели. Что же касается места действия, то сюжет всех книг разворачивался на Пикае, и притом в городе, в котором я жил, однако мне было сложно увидеть в описаниях знакомые места. В одной книге даже описывалась улица, на которой стоял мой собственный дом, но почти все подробности были перевраны.
Один из романов ненадолго заинтересовал меня: в нем описывалась насильственная смерть, которая произошла в театре. Я насторожился, однако вскоре стало ясно, что эта книга практически такая же, как и остальные. Если в ней и содержались какие-то намеки на события из жизни Честера, то все они прошли мимо меня.
Я был рад, что прочел его книги. Угрызения совести теперь меня не мучили.
Я почти забыл про Корер и тот разрушительный эффект, который она произвела на брата, когда она внезапно вновь ворвалась в его жизнь.
