– Оно заполняет собой все. – Алвасунд потянулась ко мне, но я почему-то отстранился – не хотел, чтобы она ко мне прикасалась. Должно быть, она почувствовала то же самое и отдернула руку. – Словно огромная пружина из множества витков. Оно прижимается к стенам или каким-то образом проникло в них.
Невдалеке от нас на уровне земли находилось одно из отверстий в стене. Сквозь него виднелись обломки камней, кирпичи и гниющие балки. Там не было ничего живого – по крайней мере, ничего, что казалось живым. Никаких спиралей или чего-то подобного.
В эту минуту расшифровщик закончил работу и издал короткий музыкальный сигнал. Мы оба с облегчением повернулись к нему. Алвасунд схватила ноутбук.
– Торм, смотри. – Она повернула экран ко мне. – Теперь видно. Оно там!
Солнце светило слишком ярко, поэтому я с трудом мог хоть что-нибудь разглядеть.
Алвасунд постоянно двигала ноутбук – то ко мне, то снова к себе. Я встал рядом с ней и приподнял полу своего пальто, чтобы отбросить тень на экран.
Изображение напоминало результат ультразвукового сканирования: монохромный снимок, слегка размытый, не поймешь, где верх, где низ, где право, где лево.
– Вот это – очертания стены, – сказала Алвасунд, указывая на большое серое пятно. – Ломаная линия – вон тот разрушенный кусок.
Я поднял взгляд и увидел, что она права. Это было похоже на трехмерный рентгеновский снимок разрушенной башни.
Я присмотрелся. За стеной было какое-то призрачное изображение, серое и нечеткое; оно действительно регулярно изгибалось, словно огромная эластичная труба, которая сжимается и растягивается.
– Это змея! – воскликнула Алвасунд. – Она свилась кольцами внутри!
– Там же ничего нет, только старые развалины.
– Нет, точно – огромная змея!
– Может, это какая-то ошибка в программе?
– Одна из функций программы в том, что она обнаруживает следы жизни. И здесь они есть. Смотри, эта штука
Внезапно Алвасунд шагнула назад и толкнула меня ноутбуком. След сдвинулся – вверх, в другой угол экрана. Я представил себе голову огромной рептилии, глаза, язык и длинные клыки – змею, готовую броситься в атаку. Я тоже отступил назад, но через отверстие в стене по-прежнему ничего не было видно – ничего
Я пытался придумать объяснение: возможно, внутри стены есть полость, в которую что-то попало. Если там действительно что-то есть, оно может вырваться на свободу и броситься на нас.
Забрав у Алвасунд ноутбук, я отвернулся, чтобы получше рассмотреть изображение, затем поднял взгляд… Ее рядом не было.
– Алвасунд?
– Торм!
Ветер почти заглушал голос. Затем я увидел… Она была в башне!
Я едва мог разглядеть ее через отверстие. Алвасунд стояла лицом ко мне и звала меня. Но она только что была рядом! Может, я на несколько секунд отрубился?
Я бросил ноутбук на землю и поспешил к ней, борясь с сильным страхом. Вскоре я уже достиг пролома в стене и опустился на четвереньки, чтобы протиснуться внутрь.
Не вышло. Вход закрывало что-то твердое, холодное, прозрачное. Как будто лист стекла. Алвасунд была в башне, на расстоянии вытянутой руки, но невидимый барьер поместил ее в ловушку. Она продолжала выкрикивать мое имя. Я толкал стекло и бил по нему… Тщетно.
Она все кричала, размахивала руками и мотала головой. Ее лицо исказила гримаса ужаса и боли.
Я беспомощно наблюдал за тем, как она быстро и страшно меняется.
Она старела. Старела прямо у меня на глазах.
Потеряла в росте, набрала вес. Вместо изящной фигурки, закутанной в плотную зимнюю одежду, я увидел толстую Алвасунд в какой-то бесформенной ночной рубашке. Ее волосы поседели, стали жидкими и сальными. Губы посинели от цианоза. Лицо побледнело и распухло, на одной щеке появилась сыпь. Глаза запали, вокруг них легли темные круги. По подбородку растеклась слюна, из одной ноздри текла кровь.
Алвасунд удерживали невидимые руки. Ее ноги болтались в воздухе; черные чулки сползли, обнажая синие варикозные вены на тощих бледных икрах.
Ничего не понимая, я отступил на шаг, споткнулся о торчащий из земли камень, а затем бросился назад, к ноутбуку. Почти не задумываясь, к каким последствиям это приведет, я вытащил из него все кабели, подлез рукой снизу и вырвал аккумулятор. Компьютер умер. Экран погас.
Я повернулся, чтобы поспешить к дешифратору, – и застыл. Алвасунд снова была за пределами башни и лихорадочно отключала устройство. Я увидел ее знакомое лицо, толстую куртку, теплые штаны.
Она повернулась и заметила меня.
Каким-то образом мы добрались до машины, волоча за собой снаряжение, бросили его как попало на заднее сиденье, затем сели сами и захлопнули двери. Дрожа, мы обняли друг друга. Волосы Алвасунд закрывали ее лицо. Я все еще чувствовал, почти ощущал на вкус страшную угрозу, которая притаилась там, в развалинах.
Мы обнялись и долго сидели, пытаясь прийти в себя. Над нами нависала темная, мертвая башня.
Наконец я завел двигатель, и мы медленно поехали по дороге. Башня скрылась за горой.
