Так в разных проявлениях тяжелая тень завтрашней лагерной битвы заслоняет новичку-арестанту невинные духовные радости пересыльной тюрьмы. На две ночи затолкнули к нам в пресненскую камеру спецнарядника, и он лег рядом со мной. Он ехал по спецнаряду, то есть в Центральном Управлении была выписана на него и следовала из лагеря в лагерь накладная, где значилось, что он техник-строитель и лишь как такового его следует использовать на новом месте. Спец-нарядник едет в общих столыпинских, сидит в общих камерах пересылок, но душа его не трепещет: он защищен накладной, его не погонят валить лес. Жесткое и решительное выражение было главным в лице этого лагерника, отсидевшего уже большую часть своего срока. (Я не знал еще, что такое же точно выражение есть национальный признак островитян ГУЛага. Особи с мягким уступчивым выражением быстро умирают на островах.) С усмешкой, как смотрят на двухнедельных щенят, смотрел он на наше первое барахтанье. Что ждет нас в лагере? Жалея нас, он поучал: - С первого шага в лагере каждый будет стараться вас обмануть и обокрасть. Не верьте никому, кроме себя! Оглядывайтесь: не подбирается ли кто укусить вас. Восемь лет назад вот таким же наивным я приехал в Каргопольлаг. Нас выгрузили из эшелона, и конвой приготовился вести нас: десять километров до лагеря, рыхлый глубокий снег. Подъезжают трое саней. Какой-то здоровый дядя, которому конвой не препятствует, объявляет: "Братцы, кладите вещи, подвезем!" Мы вспоминаем: в литературе читали, что вещи арестантов возят на подводах. Думаем: совсем не так бесчеловечно в лагере, заботятся. Сложили вещи. Сани уехали. Все. Больше мы их никогда не видели. Даже тары пустой. - Но как это может быть? Что ж, там нет закона? - Не задавайте дурацких вопросов. Закон есть. Закон - тайга. А правды никогда в ГУЛаге не было и не будет. Это каргопольский случай - просто символ ГУЛага. Потом еще привыкайте: в лагере никто ничего не делает даром, никто ничего - от доброй души. За все нужно платить. Если вам предлагают что-нибудь бескорыстно - знайте, что это подвох, провокация. Самое же главное: избегайте общих работ! Избегайте их с первого же дня! В первый день попадете на общие - и пропали, уже навсегда. - Общих работ? - Общие работы - это главные основные работы, которые ведутся в данном лагере. На них работают восемь-десять процентов заключенных. И все они подыхают. Все. И привозят новых взамен - и опять на общие. Там вы положите последние силы. И всегда будете голодные. И всегда мокрые. И без ботинок. И обвешены. И обмерены. И в самых плохих бараках. И лечить вас не будут. ЖИВУТ же в лагере только те, кто НЕ на общих. Старайтесь любой ценой - не попасть на общие! С первого дня. Любой ценой! Любой ценой! На Красной Пресне я усвоил и принял эти - совсем не преувеличенные советы жестокого спец-нарядника, упустив только спросить: а где же мера цены? Где же край ее?
