Но и на том не успокоилась созидательная мысль нашей молодой юстиции. Вскоре и концентрационные, вполне кажется классовые, лагеря были признаны недостаточно строгими, недостаточно направленными. В 1921 г. были основаны Северные Лагеря Особого (тоже не всуе поставленное словечко - особого) Назначения - СЛОН. Первые такие лагеря возникли в Пертоминске, Холмогорах и близ самого Архангельска.20 Однако эти места были, видимо признаны трудными для охраны, не перспективными для сгущения больших масс заключённых. И взоры начальства естественно переведены были по соседству на Соловецкие острова с уже налаженным хозяйством, с каменными постройками, в двадцати-сорока километрах от материка - достаточно близко для тюремщиков, достаточно удаленно для беглецов, и полгода без связи с материком - крепче орешек, чем Сахалин.
И после выбора Соловков - не осталось в народной памяти ни лагерей принудительного труда, ни концентрационных, ни особого назначения! Потому что Соловков в 20-е годы не таили, но даже уши прожужжали ими. Соловками открыто пугали. Соловками открыто гордились (имели смелость гордиться!!). Они были даже символом. Над ними сколько угодно смеялись в эстрадных куплетах. Ведь классы исчезали (куда?), и Соловкам тоже был скоро конец. Подписку на внутрилагерный журнал "Соловецкие острова" смело распространяли по Союзу.
Но глубже, глубже сидели лагерные корешки, только потеряли мы их места и следы. О бо'льшей части первых концлагерей нам уже никто не расскажет. Лишь по последним свидетельствам еще неумерших тех первых концлагерников можно выхватить что-то и спасти.
Излюбили тогда власти устраивать концлагеря в бывших монастырях: крепкие замкнутые стены, добротные здания и - пустуют (ведь монахи - не люди, их всё равно вышвыривать). Так, в Москве концлагеря были в Андронниковом монастыре, Новоспасском, Ивановском. В петроградской "Красной газете" от 6 сентября 1918 читаем, что первый концентрационный лагерь "будет устроен в Нижнем Новгороде, в пустующем женском монастыре... В первое время предположено отправить в Н. Новгород в концентрационный лагерь 5 тысяч человек" (курсив мой - А. С.).
В Рязани концлагерь учредили тоже в бывшем женском монастыре (Казанском). Вот что о нём рассказывают. Сидели там купцы, священники, "военнопленные" (так называли взятых офицеров, не служивших в Красной армии). Но и - неопределенная публика (толстовец И. Е-в, о чьём суде мы уже знаем, попал сюда же). При лагере были мастерские - ткацкая, портновская, сапожная и (в 1921 г. так и называлось уже) - "общие работы", ремонт и строительство в городе. Выводили под конвоем, но мастеров-одиночек, по роду работы, выпускали бесконвойно, и этих жители подкармливали в домах. Население Рязани очень сочувственно относилось к лишенникам ("лишенные свободы", а не заключённые официально назывались они), проходящей колонне подавали милостыню (сухари, варёную свёклу, картофель) - конвой не мешал принимать подаяния, и лишенники делили всё полученное поровну. (Что ни шаг - не наши обычаи, не наша идеология). Особенно удачливые лишенники устраивались по специальности в учреждения (Е-в - на железную дорогу) - и тогда получали пропуск для хождения по городу (а ночевать в лагере).
Кормили в лагере так (1921 г.): полфунта хлеба (плюс еще полфунта выполняющим норму), утром и вечером - кипяток, среди дня - черпак баланды (в нём - несколько десятков зёрен и картофельные очистки).
Украшалась лагерная жизнь с одной стороны доносами провокаторов (и арестами по доносам), с другой - драматическим и хоровым кружком. Давали концерты для рязанцев в зале бывшего благородного собрания, духовой оркестр лишенников играл в городском саду. Лишенники всё больше знакомились и сближались с жителями, это оказывалось уже нетерпимо - и тут-то стали "военнопленных" высылать в северные лагеря особого назначения.
Урок нестойкости и несуровости концентрационных лагерей в том и состоял, что они находились в окружении гражданской жизни. Оттого-то и понадобились особые северные лагеря. (Концентрационные упразднены с 1922 г.)
Вся эта лагерная заря достойна того, чтобы лучше вглядеться в её переливы. Но исполать тому, кто сумеет, а в наших руках крохи.
По окончанию гражданской войны созданные Троцким две трудармии из-за ропота задержанных солдат пришлось распустить - и тем роль лагерей в структуре РСФСР не ослабилась, но усилилась. К концу 1920 г. в РСФСР было 84 лагеря в 43 губерниях.21 Если верить официальной (хотя и засекреченной) статистике, там содержалось в это время 25 336 члв. и кроме того еще 24 400 "военнопленных гражданской войны".22 Обе цифры, особенно последняя, кажутся преуменьшенными. Однако, если учесть, что разгрузками тюрем, потоплениями барж и другими видами массовых уничтожений счет много раз начинался с ноля и снова с ноля - может быть эти цифры и верны.
