Освоение столь обширного северного бездорожного края потребовало прокладки железной дороги: от Котласа через Княж-Погост и Ропчу на Воркуту. Это вызвало потребность еще в двух самостоятельных лагерях, уже железнодорожных: СевЖелДорЛаге - на участке от Котласа до р. Печоры, и ПечорЛаге (не путать с промышленным УхтПечЛагом!) - на участке от р. Печоры до Воркуты. (Правда, дорога эта строилась долго. Её вымьский участок от Княж-Погоста до Ропчи был готов в 1938-м, вся же она - лишь в конце 1942-го.)
Так из тундренных и таёжных пучин подымались сотни средних и маленьких новых островов. На ходу, в боевом строю, создавалась и новая организация Архипелага: Лагерные Управления, лагерные отделения, лагерные пункты (ОЛПы - Отдельные лагерные пункты, КОЛПы - комендантские, ГОЛПы - головные), лагерные участки (они же - "командировки" и "подкомандировки"). А в Управлениях - Отделы, а в отделениях - Части: 1 - Производственная, II Учётно-Распределительная (УРЧ), III - Опер-Чекистская (опять третья!..)
(А в диссертациях в это время писалось: "вырисовываются впереди контуры воспитательных учреждений для отдельных недисциплинированных членов бесклассового общества".4 В самом деле, кончаются классы - кончаются и преступники. Но как-то дух захватывает, что вот завтра - бесклассовое - и никто не будет сидеть?.. отдельные недисциплинированные... Бесклассовое общество тоже не без тюряги.)
Так вся северная часть Архипелага рождена была Соловками. Но не ими же одними! По великому зову исправительно-трудовые лагеря и колонии вспучивались по всей необъятной нашей стране. Каждая область заводила свои ИТЛ и ИТК. Миллионы километров колючей проволоки побежали и побежали, пересекаясь, переплетаясь, мелькая весело шипами вдоль железных дорог, вдоль шоссейных дорог, вдоль городских окраин. И охлупы уродливых лагерных вышек стали вернейшей чертой нашего пейзажа и только удивительным стечением обстоятельств не попадали ни на полотна художников, ни в кадры фильмов.
Как повелось еще с гражданской войны, усиленно мобилизовались для лагерной нужды монастырские здания, своим расположением идеально приспособленные для изоляции. Борисоглебский монастырь в Торжке пошел под пересыльный пункт (и сейчас он там), Валдайский (через озеро против будущей дачи Жданова) - под колонию малолетних, Нилова Пустынь на селигерском острове Столбном - под лагерь, Саровская Пустынь - под гнездо Потьминских лагерей, и несть конца этому перечислению. Поднимались лагеря в Донбассе, на Волге верхней, средней, нижней, на Среднем и Южном Урале, в Закавказьи, в центральном Казахстане, в Средней Азии, в Сибири и на Дальнем Востоке. Официально сообщается, что в 1932-м году площадь сельско-хозяйственных исправтрудколоний по РСФСР была - 253 тысячи гектаров, по УССР - 56 тысяч.5 Кладя в среднем на одну колонию по тысяче гектаров, мы узнаем, что одних только сельхозов, то есть самых второстепенных и льготных лагерей, уже было (без окраин страны) - более трехсот!
Распределение заключённых по лагерям ближним и дальним легко решилось постановлением ЦИК и СНК от 6.11.29. (И всё годовщины попадаются...). Упразднялась прежняя "строгая изоляция" (мешавшая созидательному труду), устанавливалось, что в общие (ближние) места заключения посылаются осужденные на сроки менее трёх лет, а от трех до десяти - в отдаленные местности.6 Так как Пятьдесят Восьмая никогда не получала менее трех лет, то вся и хлынула она на Север и в Сибирь - освоить и погибнуть.
А мы в это время - шагали под барабаны!..
___
На Архипелаге живёт упорная легенда, что "лагеря придумал Френкель".
Мне кажется, эта непатриотичная и даже оскорбительная для власти выдумка достаточно опровергнута предыдущими главами. Хотя и скудными средствами, но, надеюсь, нам удалось показать рождение лагерей для подавления и для труда еще в 1918-м году. Безо всякого Френкеля додумались, что заключённые не должны терять времени в нравственных размышлениях ("целью советской исправительно-трудовой политики вовсе не является индивидуальное исправление в его традиционном понимании"7), а должны трудиться, и при этом нормы им надо назначить покрепче, почти непосильные. До всякого Френкеля уже говорили: "исправление через труд" (а понимали еще с Эйхманса как "истребление через труд").
Да даже и современного диалектического мышления не нужно было, чтобы додуматься до использования заключённых на тяжелых работах в малонаселенной местности. Еще в 1890-м году в министерстве путей сообщения возникла мысль привлечь ссыльно-каторжных Приамурского края к прокладке рельсового пути. Каторжан просто заставили, а ссыльно-переселенцам и административно-ссыльным было разрешено работать на прокладке дороги и за это получить скидку трети или половины срока (впрочем, они предпочитали побегом сбросить весь срок сразу). С 1896-го по 1900 год на кругбайкальском участке работало больше полутора тысяч каторжан и 2,5 тысячи ссыльно-переселенцев.8 Так что мысль была никак не нова и не основывалась на передовых воспитательных идеях.
