Эмоциональное воздействие архитектуры огромно, но чрезвычайно своеобразно. Святослав Рихтер с присущей ему глубиной играет сонаты Бетховена в Москве или Перми; картины Сарьяна могут быть выставлены в любом музее. Музыка, живопись, литература воздействуют на чувства и мысли независимо от места. А творения архитектуры невозможно воспринимать в отрыве от природы, города или другого места, где они созданы. «Строения вбирают в себя окружающие их природные формы, обогащаются и одновременно становятся частью ландшафта», — писал известный историк архитектуры Д. Е. Аркин.
Приходилось ли вам обращать внимание на северный храм-башню? Он удивительно похож на вековую ель. Такие церкви с шатровыми кровлями стояли по берегам уральских рек. Ha юге подобных построек не встретишь, но там нет и разлапистых елей.
Прикамские плотники-умельцы веками создавали свою рукотворную сказку. Храмы и часовни, избы и хоромы, крепости-остроги и сторожевые башни, мосты, кузницы и солеварни, рассолоподъемные башни и соляные амбары — все это создано руками трудолюбивых мастеров. Работа их славилась на всю Россию. Недаром Петр I специальным указом вытребовал плотников с Верхней Камы для строительства Петербурга.
С детства Андрея Воронихина окружали громадные, даже по современным представлениям, деревянные строения Усольских соляных промыслов. Солеварни, рассолоподъемные башни, амбары для хранения соли — все эти здания были удивительными сооружениями деревянного зодчества.
Искусство солеварения пришло на Каму с русского Севера — из Тотьмы и Соли Вычегодской, древних центров добычи соли. Еще в 1430 году купцы Калинниковы заложили первые скважины на месте нынешнего Соликамска. Соляные промыслы в районе Дедюхина, Усолья, Ленвы, Веретьи возникли в XVI–XVII веках, с приходом на Урал именитых людей Строгановых.
Обнаружение соляных мест, бурение скважин, продолжавшееся нередко годами, выварка соли были делом многотрудным. Поэтому соль считалась крайне дорогим продуктом.
Солеварение, естественно, требовало возведения ряда сложных сооружений-построек для добычи и хранения соли. Наиболее пригодным материалом для них оказалась древесина, которая после пропитки соляным рассолом могла служить долгие годы. Интересным зданием была солеварня. Происхождение ее от жилой избы не представляет сомнения. Первоначально она так и называлась: «соляная изба». К названию «варница» (то же, что и солеварня) часто прибавлялся эпитет «черная» (вспомним: черная, курная изба).
Итак, первоначальная форма — изба. Но, возводя солеварню, прикамские плотники убирали поперечную (пятую) стену, так как она мешала размещению ямы-печи. Они удлиняли продольные стены до 16 метров (при диаметре бревен в верхнем отрубе 30–32 сантиметра) — это редчайший случай, когда для рядовых построек были взяты стволы такой длины. Подобные бревна, например, использованы при строительстве знаменитой Преображенской церкви погоста Кижи.
Стены имели высоту 5–7 метров. Для сохранения вертикальности, «чтобы не искосило или не выпучило», поверху у каждого угла делались «переклады» (то есть в каждом углу создавался треугольник). Одновременно стены усиливались «стоячими с боков бревнами или иглами, также к перекладам прикрепленными».
Крышу делали на два ската (впоследствии на четыре), из двух слоев теса, между которыми в качестве тепло- и гидроизоляции укладывали бересту (скалье). Посредине крыши делали два отверстия для выхода дыма и пара.
Внутри варницы рыли квадратную яму-печь, над которой подвешивали цирен (металлический противень) для варки рассола. Сушили соль на полатях, укрепленных выше.
В XVI веке, когда для качания рассола из земли стали применять насос, над скважинами появились башнеобразные здания — рассолоподъемные сооружения. Они были необходимы для создания напора в рассолопроводных трубах, идущих к солеварням (наверху башни устанавливался деревянный ларь, куда и сливался добытый рассол).
И здесь прообразом для рассолоподъемной башни мастер взял проверенное временем сооружение — крепостную башню.
Кремли Чердыни, Верхотурья, Соликамска, укрепления Орла-городка были деревянными острогами с «вежами», то есть башнями. Стало быть, конструкции таких сооружений в Прикамье были хорошо известны. Рассолоподъемные башни даже в деталях повторяют крепостные: квадратные в плане, 5–6 метров на сторону, они имели 10—12-метровую высоту; вверху на выпускных консолях из бревен часто устраивалась обходная галерея.
Крыша была четырехскатной, а иногда и шатровой.
Устойчивость таких больших по вертикали сооружений достигалась за счет междуэтажных перекрытий, конструкция которых состояла из балок, врубленных в стены, и тесового пола (сообщение между этажами по стремянкам через люки). Перекрытия — это также и защита здания от ветров (промыслы, как правило, располагались по берегам рек, на открытых местах). Усилению устойчивости башни несомненно способствовали и выпуски бревен (по типу контрфорса), делаемые в нижней части.
