Излишние предосторожности, но с Игроками никогда нельзя быть в чем-то уверенным до конца. А что если... одна интересная мыслишка пустила корни в благодатную почву моей жадности. Зачем же тратить патроны и ресурс ствола? В рукопашной с Кабаном может выйти только Бугай и то, тут шансы плавающие, как-никак грохнуть корову и тем более стадо активно сопротивляющихся коров это же еще и изъебнуться надо. Судя по облюбованным мухами и начавшим подгнивать растерзанным трупам, системник может кому-то моей комплекции без проблем вырвать руку из плечевого сустава. Пять Бугаев по любому вкатают его в землю, так-то толпою гасят даже льва, но не хотелось бы временно терять сверхтяжелый пехотный юнит, Мордор до сих пор полноценно не вернулся в строй, а у громил может и реген пожиже быть, тащем-то, совершенно разные весовые категории.
А вот если мутанта лишить зрения, то его и Игорь без особых проблем убьет. Переключаюсь на Ястреба, небо, бесконечные дороги во все стороны. Так легко летать, скинув с души оковы несовершенной плоти...
Формулирую в моей-нашей голове приказ и мы, сложив крылья, срываемся в пике, хвала Системе, на этот раз полностью контролируемое. Жалобный вскрик разрываемой
Пулей вылетаю из ящероптица, переключаясь на его родича, продолжающего нарезать круги над выпасом, благодаря чему избегаю сомнительной радости лицезреть откусывание головы от первого лица. Тренькнуло сообщение - юнит уничтожен Игроком.
В стратегическом режиме оказалось невозможным закрыть глаза. Но ненависть... выброс в кровь лошадиной дозы норадреналина тряхнул даже при отсутствии сознания в родном теле. Мысли... мысли... порочные мыслишки затекают в черепную коробку, просачиваются лоснящимися трупными червями через ушные раковины и слуховые каналы, свивая гнезда в барельефе извилин и беззубо подтачивая мозжечок.
Я. Не. Умру.
Буквально вбиваю свой рассудок в Довакина. Отдача от смены тела, к удивлению, не так уж и сильно бьет по восприятию, так, пара секунд дезориентации и привыкания к набору конечностей прямоходящей обезьяны. Выхожу в чистое поле, разводя покрывающиеся псионическими разрядами руки в стороны.
Всю мою жизнь кто-то решал все за меня.
-Э, шлюха! - рявкнул во всю мощь легких, - Иди сюда, свинка!..
Учителя. Мама. Папа. Страна. Жена.
Бибоп вскинул лобастую башку, между зубов застряли кусочки крыльев Ястреба. Глазки налились кровью.
Дома, в школе, в шараге, в армии и на работе учили подчиняться. Отдать долг. Долг Родине, долг родителям, долг работодателям. Всем, сука, должен, по праву рождения. Отдать жизнь по первому требованию и загреметь на нары в случае отказа. Платить налоги, исчезающие в никуда. Горбатиться на нелюбимой работе до конца своих дней, а если не повезет дотянуть до постоянно отодвигаемой пенсии, влачить жалкое существование разбитой и медленно разваливающейся рухляди на обоссанные гроши. Беспрекословное послушание. Я должен был с этим смириться, привыкнуть. Повзрослеть, так они это называли. А я не вырос, все тот же ебнутый соицопат, не вписавшийся в общество. Я устал, устал это терпеть. К чему привело послушание? К тому что все заработанное мной за практически большую часть жизни пошло по пизде от одной подписи в ЗАГС-е? Жена, дети, машина, квартира, друзья. Взамен пришло понимание. У меня ничего не было и до этого. Фикция владения чем-либо. Ублюдок в козырном пиджачке или кителе с погонами может жонглировать моей жизнью как ему вздумается.
Не стань я Мировым Злом, ничего бы не изменилось, просто слетели маски. Я бы забился в коровинскую конуру, обсуждая с голосами в своей голове, что я не такой, я хороший, а они плохие. И когда Игроки пришли бы в мой дом я не сделал бы ничего. Потому что я бы остался старым собой, бесполезным и жалким уебком. Бесполезным, смердящим слабостью, куском мяса.
