Около двадцати секунд - не больше. Налетели лихим кавалерийским наскоком, порубили в капусту, подняв по уровню и погнали дальше. Вампир пытается бежать, но по факту его просто тащат под руки упыри. Идет на объединение с коровомонстром, одновременно с этим оставшаяся мертвечина резво меняет траекторию движения. Восемь секунд. Песики вылетают из кустов торпедами из стальных мускулов и челюстей. Пике. Ястреб Зла падает на кровосисю маленьким ФАБ-ом. Пилообразные ряды зубов сжимаются на голени упырины из свиты Агнца. Собаки не просто грызут, они терзают, мотают башкой и дрыгаются всем телом, пытаясь вырвать как можно больший кусок кровоточащей плоти. Хрустнула малоберцовая кость, заглушая влажное чавканье сминаемых связок и мышечных волокон, иссушенных посмертием. Вампир, как и полутролли, жестко всосал у куска свинины, не успев среагировать на чешуйчатого херувима Зла. Треск ткани, позорно капитулировавшей перед когтями, в просвете темнеющих лохмотьев мелькнуло лицо - алебастровый овал, перечерченный крестом, нагло спизженным у ГГ из фильма "Пастырь", разве что у того парня это была наколка, а здесь открытая разверзнутая рана, забывшая кровоточить. А вот ссадины на болезненно-туго обтягивающих скулы щеках от "маникюрчика" бодро сочились черным. Лицо появилось и исчезло в клубах вязкого дыма. Ястреб "свечкой" взвился в небо, уходя от возможной контратаки, успев уловить мерзостное шипение, надрывный вой боли, застревающий в обугливающихся губах, и стоп-кадр отслаивающейся от костей в ожоговом припадке кожи. Как хорошо, что Солнце их на ноль множит, а не заставляет блестеть горой стразиков.
Он нужен мне живым. Явно не самый последний хер, раз уж возглавил вылазку к Коровино, должен многое знать, а как его разговорить... до заката еще далеко.
Отгоняю песелей. Коровомутант ревет корабельной сиреной, тяжеловесно, неуклюже встает в полный рост, неведомо как удерживая монструозную тушу на крошечных ножках, задирает лапы и БАМ. Арес, идущий последним, сбился с шага, кубарем катясь по подлеску и глотая застрявшие между клыков ошметки плоти мертвяков. Нормально ебашит, хорошо, что медленный. ДД-шная свита упырей, глухо рыча и обламывая когти, на руках ползет вслед за моими маленькими овчарками Дауфмана, волоча по пыли огрызки ног, крови почти не было, так, густые черные комья, не более. Будто бензопилой срезало. Еще пике. Раз уж полноценный кровосися не смог, то его бюджетный аналог и подавно. Смазанная тень, одно безносо-клыкастое рыло, второе. Дуплетом, мать его, пока твари отвлечены на перетаскивание обожженного начальника в тень. Глазные яблоки с клочьями век стекают по впалым щекам. Боль они не чувствуют, но без зрения как-то разом потерялись, еще сильнее вцепившись в босса, потеряно вертя черепушками. Сбавить скорость, заманивая калек глубже в лес, тройка псин отделяется от основной массы, петля, заход с фланга, всем гуртом вцепляясь в ногу Короваштейна, заставляя мясную гору покачнуться, припав к земле. Кровь трупомонстра разъедает пасти собакенов, пенящееся мясо срывается в пыль. Разворот, бросая четвероногих бестий в лоб недобиткам. Шейные позвонки крошатся еще легче, чем берцовые кости, полностью обезглавить не выходит, слишком долго пилить, но как оказалось в этом плане упыри слабее зомби, переставая функционировать при повреждении позвоночного столба.
Блять, а это легче чем мне казалось. И чего боялся? Оптимус Прайм и Мегатрон покидают ряды "мостовых", бросившись к Агнцу. Первый десяток охотников на нежить налетает на следующую пачку мычащей гнили, безжалостно перекручивая ее двадцатирукой мясорубкой хладнокровного ультранасилия. Две иконки групповой вкладки мерцают красным, паршиво, в общей свалке успели пырнуть. Первому резануло по пальцам левой руки, повредив сухожилия, второму вскользь по торсу, не смертельно, но приятного мало. К обезглазивателю приходит пополнение, в две каски, пока вампир откисает в тени, вся свита превращается в бесполезную слепую массу.
