— Теперь счет на оплату, господин коронер.
Я заполнил еще один бланк. Утром я успел выяснить, что наша служба работала на ставке и проценте от закрытого дела. Мне, как коронеру, полагалось пятнадцать тысяч, младшему персоналу — по пять. Копейки. Вся соль была в премиальных.
Все зависело от классификации и оценочной стоимости дела, которую присваивало управление. Несчастный случай или самоубийство приносили в общую казну от одного до двух процентов. А вот убийство — все пять.
Дело Улины, как убийство эльфийки под протекторатом императора, должно было принести в копилку службы неплохую сумму. Прикинув в уме — вернее память Громова услужливо подсказала цифры, я понял, что только за это дело нам капнет около десяти тысяч. В прошлом месяце, судя по отчетам на расчетном счете службы, мы набрали премиальных тысяч на сорок пять. Неплохая прибавка к жалованью.
Интересное наблюдение: чем больше я находился в этом теле, тем охотнее выуживалась информация из памяти предшественника. Понятно, что не без затыков, но я очень надеялся, что в скором времени научусь нормально разбираться в этом мире, а не мыкаться как слепоглухонемой и тревожиться по любому поводу.
Тревога — враг трезвого ума.
Клерк забрал и этот документ.
— Подождите в коридоре. Ваше дело рассмотрит казначей.
Нам пришлось ждать. Полчаса тянулись как вечность. Мы стояли в гулком коридоре, прислонившись к стене. Я смотрел в смартфон, у которого заряд близился к нулю, но не мог прекратить листать информацию. Удивительно, но аналог «википедии» тут тоже был и назывался, кто бы мог подумать, «имперопедия». Ресурс полезный, так как в нем было собрано довольно много информации чуть ли не от начала создания этой самой империи и все ее последующее развитие.
Вопрос, конечно, насколько корректно была подана информация, ведь в моем мире власть имущие очень любили переписывать. И каждый новый вождь — писал свою историю. Зачастую — старая извращалась в удобном и угодном ключе.
Я скосил глаза на время. Оно неумолимо приближалось к двум часам дня. Инквизиция прибудет в три.
Наконец, дверь кабинета отворилась, и тот же клерк, держа в руках мой отчет, произнес:
— Коронер Громов!
Я подошел. Клерк, не глядя на меня, поставил штамп на какой-то ведомости.
— Отчет по делу эльфийки принят. Классификация «убийство» подтверждена. Соответствующий процент зачислен в премиальный фонд вашей службы.
Он убрал бумаги в папку.
— Полное жалование за прошедший месяц, включая все премиальные, поступит на ваш расчетный счет завтра, в первой половине дня, как и всегда.
Я благодарно кивнул и отошел. Десять тысяч только за одно это дело. Неплохо. Если каждое будет приносить столько, то в месяц можно поднимать огромные деньги. Я чуть не присвистнул. Интересно, зачем тогда Громову были взятки?
И тут раскаленный гвоздь пронзил мозги простой мыслью-осознанием: «А потому, что не каждый день в порту находят убитую эльфийку. За смерть обычного бедолаги от несчастного случая или перепоя в общую казну капают сущие копейки, едва покрывающие расходы на бензин и перчатки».
Так становилось понятнее. Но за всей этой беготней я забыл сделать одну очень важную вещь. Я почти судорожно выхватил телефон из кармана. На батарейке светилось семь процентов.
Открыв телефонную книгу, я стал листать контакты. Игорь или Андрей. Нужен хоть один из них.
Андрей был ближе по алфавиту, поэтому я прошелся по первым «Андреям» и у одного, благо, было добавлено «АССИСТЕНТ». Снова стало интересно, почему у Громова была манера подписывать род деятельности большими буквами, но это волновало меня сейчас меньше всего.
Я нажал кнопку вызова. Гудок. Два. Пять. Семь. Десять. Я стал нервно стучать ногой.
— Алло? — наконец-то раздался голос парня. Очень сонный голос.
— Долго берешь трубку, когда начальство звонит. Почему не на рабочем месте?
— Так мы вчера пока Евдокимыча откапали, пока дождались, пока домой дотащили, Виктор Андреич… глубоко ж за полночь вернулись домой!
— И вы решили, что это дает вам право не приходить утром на работу?
— Так ведь…
— Не волнует, — отсек я. — Звонишь Игорю и бегом дуйте в прозекторскую. К трем часам будут инквизиторы. Они заберут тело эльфийки. Подготовьте все для транспортировки и не мешайте им.
— Но Виктор Андреич…
— Никаких «но». Поднялся, позвонил Игорю и кабанчиками туда. Все, у меня телефон садится, — в трубке повисла тишина. Я даже отдалил экран, чтобы убедиться, что телефон не выключился. И затем добавил: — И не приведи господь вам не сделать того, что я сказал, Андрей.
Я услышал судорожный вздох.
— Сделаем, Виктор Андреевич.
Я положил трубку, скосив глаза на время. У нас был час, чтобы добраться до морга. Этого даже с лихвой. От дома до прозекторской не более пятнадцати минут езды. Хватит ли нам полчаса, чтобы убрать остатки после ритуала и добраться до морга? Должно.
— Все, — сказал я девушкам. — Едем домой.
Мы снова погрузились в микроавтобус Аркадия Петровича. Время поджимало. Я понятия не имел, что Инквизиторы могут найти в моем доме, и что они сделают, если найдут.
