После завтрака мы вновь погрузились в микроавтобус и двинулись на работу.
Здание Коронерской службы разительно отличалось от прозекторской. Это было крепкое трехэтажное здание из желтого кирпича, построенное, судя по всему, еще в начале прошлого века.
Большие окна, тяжелая дубовая дверь с начищенной медной ручкой, которую давно бы поменять на металлопластик. Рядом с дверью висела табличка, на которой изящным дореформенным шрифтом было выведено: «КОРОНЕРСКАЯ СЛУЖБА. ФЕОДОСіЙСКіЙ УѢЗДЪ».
Я толкнул дверь и вошел внутрь, пропустив девушек вперед. Нас встретил запах старой бумаги, слабого кофе и казенной тишины. За стойкой ресепшена дремал сонный охранник. Я осмотрелся по сторонам.
Память, эта хитрая стерва, снова решила подложить свинью — я точно помнил куда нам надо ехать, но… совершенно не помнил этаж и кабинет.
Тот вечер в таверне «Морской Еж» был для Алисы почти родной стихией. Запах дерева, пролитого пива и жареного мяса, громкие голоса, грубые, но честные лица — все это было ей знакомо и понятно. Она выросла на верфи, среди портовых рабочих и моряков.
Она знала, что их шутки бывают сальными, а кулаки тяжелыми, но за показной грубостью часто скрывалась простая и понятная душа. Ее это не пугало. И, конечно, Алиса знала, что в таких местах часто бывают драки. Но она никак не ожидала, что в центре потасовки окажется Громов.
Когда тот моряк схватил Лидию, Алиса попыталась помочь аристократке, и делала это на понятном для моряка языке. К сожалению, никакого эффекта ее слова не возымели.
Но потом вмешался Громов. Это удивило Алису. А затем началась потасовка, которая напугала Бенуа. Было в этом что-то неправильное, когда толпа собралась навалиться на одного.
Да, он был подонком, но даже у таких есть право на честный бой. Чувство справедливости заставило ее схватить стул и опустить его на спину здоровяка. Безрезультатно.
Вмешательство дварфа с ружьем оказалось куда более действенным.
После ужина они добрались домой, где Громов продолжал вести себя странно. Он оказывал им… адекватное… внимание. Прямо как обычным гостям. Напоил вином, дал принять душ, настоял на том, чтобы они выбрали себе комнаты.
Старый Громов продолжал бы над ними издеваться. Алиса вспомнила ту его сальную шутку про «будуар»… Учитывая, что они ничего не могли рассказать о нем и их ситуации другим — одному богу известно, чтобы он мог с ними сделать.
Но этот Громов… держал дистанцию. Мало того, что он заступился за Лидию, чего Алиса не ожидала, так еще и продолжал их будто бы опекать. Словно в нем проснулось чувство стыда.
В такое Алиса не верила. Ей и вправду казалось, что с Громовым что-то случилось после ритуала. Может, он пережил клиническую смерть? Она слышала, что после такого люди часто меняются….
Нет, это вряд ли. Из клинической смерти просто так и без помощи врачей никто не возвращался.
Она подняла голову от огня и посмотрела на Лидию.
— Тебе не кажется странным?..
— Что он ведет себя адекватно? — спросила Лидия, не отрывая взгляда от книги.
— Да, — сказала Алиса, опешив от того, что Лидия, словно, ждала этот вопрос.
— Кажется. Я сама не могу понять, что с ним творится. Не беру сейчас в расчет все происходящее и наше с тобой положение. Но он… — она помолчала, после чего взяла бокал с вином и отпила, подняв взгляд на Алису. — Он изменился.
И тут до них донесся едва слышный смех со второго этажа. В невероятной тишине этого дома, где только изредка потрескивал камин, было слышно каждый скрип половицы.
— Совсем сбрендил, — прошептала Алиса. — Ладно, я пойду выберу себе комнату.
— Подожди, — сказала Лидия, поднимаясь с кресла. — Я с тобой. Давай выберем комнаты рядом на всякий случай.
Алиса кисло улыбнулась.
— Думаешь, если что-то случится — это поможет?
Лидия вздохнула.
— Вряд ли. Но и находиться далеко мне… — она замялась, затем сжала кулаки, глубоко вздохнула и выдохнула. — Мне страшно, — наконец сказала она.
Алиса не знала, почему сделала это. Наверное, во всем было виновато вино. Она просто подошла и обняла Лидию, которая так и продолжала стоять, сжимая кулаки.
— Мне тоже, — сказала Алиса.
Лидия снова выдохнула.
— Ладно, хватит этих телячьих нежностей, а то, не дай бог, сейчас застанет нас в таком положении и начнет насмехаться. Пойдем выберем комнаты.
Они выбрали две смежные спальни, соединенные общей дверью в ванной.
Утро началось с зычного голоса Громова, который вырвал ее из сна в несусветные семь утра.
Лидия, конечно, тут же вцепилась в него насчет вещей и предметов личной гигиены. Алиса лишь молча кивала, поддерживая ее. Голова гудела от недосыпа, и хотелось просто стакан воды, но она не могла не согласиться с подругой по несчастью: ходить в одном и том было как-то не с руки.
Она ожидала, что он отмахнется или съязвит, но вместо этого Громов согласился, вывел их из дома и посадил в уже ждавший микроавтобус. Через десять минут они остановились у небольшой кофейни. Запах свежесваренного кофе и горячей сдобы окончательно прогнал сонливость.
