– В одном южном городе у самого черного моря так же сто лет процветал в торговле род одного хитрого грека. У него был просторный дом с дивным садом, лавка с товарами, три дочери и четыре сына. Самая младшая и красивая дочь однажды влюбилась в бессарабского цыгана, что с табором прибыл в их город. Да так жарко и неосмотрительно, что после девять месяцев кряду ей пришлось прятаться за высокими семейными стенами от бурлящего слухами общества.
Греко-цыганенок родился крепким, шумным, смекалистым и страшно непоседливым. Вся молодая энергия матери, скованная вынужденным смирением, передалась сыну и утроилась. Он учился буквально слету, вникал во все, интересовался следующим. Он мог бы стать «большим человеком», но чем больше Яков умел, тем сильнее завидовали и злились на него другие родственники. «Ты не такой, как мы, ты чужой и неправильный!» – кричали они вместо того, чтобы жить в мире, обратить на пользу семье его способности и, в конце концов, выжили парня из дома. Взяв только доброе слово матери и пообещав однажды вернуться за ней, Яша отправился с проходящим табором искать свою настоящую семью…
– Разве так бывает? – прерывает деда семилетний внук. – Может быть, он просто драчун был? Или… жадина?
– Может быть, – соглашается Стефан. – Но бывает и так, что в одной семье дети, тети и дяди, словом, все, живут, соревнуясь между собой, кто главнее, сильнее или богаче. Мы все, так или иначе, сравниваем себя с другими и других с собой. Мы все разные и каждый из вас хорош по-своему, и главное – научиться ладить друг с другом, помогать, и тогда одному не придется быть драчливым, а другому жадным.
– Как запчасти одного автомобиля? – сравнивает Максим, щуря один глаз, от чего его мордашка кажется особенно хитрой.
– Верно говоришь, – кивает ему дед Стефан, окидывает взглядом остальных, – представьте, если в вашей машине все запчасти хороши, исправны, но не подходят друг другу. Что будет тогда?
– У нас будет самый большой магазин запчастей! – сверкает белозубой улыбкой Яна.
– Но не будет автомобиля! – отвечает ее брат-близнец Ярослав.
– Правильно, – поддерживает внука дед Стефан. – Но можно и с магазином сравнить. Представь, солнце мое, – он смотрит на Яночку, – что все твои продавцы, грузчик и две уборщицы считают себя самыми главными и начинают приказывать остальным, как им работать и когда приходить. Хорошо это будет?
– Это будет неправильно! Я всех уволю! – сердито сверкает глазами девочка.
– Как директор, ты это можешь, а в семье? – продолжает дед. Ребята переглядываются, гудят.
– Ты не сможешь уволить папу с мамой и бабушку с дедушкой, да и братьев с сестрами тоже. Каждый из вас важен и нужен. Каждый из вас должен быть главным в своем деле. Главным, значит, лучшим, – подсказывает Стефан, – профессионалом. Но, только не зазнаваться, а помогать и быть полезными друг другу. Мы одна семья, один автомобиль и один магазин, где каждый главный на своем месте, но не в ущерб другому, а дополняя его. Директор занимается очень важным делом, он думает, как сделать магазин лучшим для покупателей, решает, какие детали закупать, какие витрины устанавливать и прочее и прочее, но если при этом уборщица магазина будет ленивой замарашкой, то все старания директора пойдут насмарку. Никто не пойдет в грязный магазин, и виной тому непрофессионализм главного по чистоте…
– Там Миша Золотарев приехал, Сонечку привез. – В шумном гомоне обсуждения семейно-деловых вопросов полушепотом сообщает Диане жена старшего племянника. – Температура у нее, вроде…
Нахохленная, словно мокрая птица, пятилетняя девочка хмуро проходит мимо бабушки Дианы и садится в ряд двоюродных, троюродных братьев и сестер.
Мишка топает следом и только руками разводит перед Дианой Рудольфовной:
– Я не знаю, что вы с моей дочерью сделали! Она не признает нас совсем! И если не бунтует, то болеет…
– Яша старался быть для них хорошим, самым умелым и веселым… – вплетается в разговор тещи и зятя голос Стефана. – Он успевал везде, во всем…
– До Ритки не дозвониться, и дверь она не открывает! – вполголоса высказывает обиды Золотарев. – Только сплетни по Городку распускает, что мы с отцом ее загнобили, а теперь вы еще Соньке их пересказали.
Диана отрицательно качает головой:
– Это вы при Сонечке постоянно обсуждаете, какая сволочь ее родная мать. Как она вас всех ограбила, обманула. Чему ж ты тогда удивляешься?..
– Зато у вас вечно как в секте, – Мишка невольно и недовольно поднимает голос в ребячьем галдеже «это правильно! это не правильно!» – только об одном и твердите. Какие вы все непохожие, не такие, как все! Неудивительно, что Рита мне корки мочит! Она же особенная!
Вспыхнувшее было в ответ раздражение в глазах Дианы неожиданно сменяется странной улыбкой:
– А тебе-таки надо послушать моего брата. Тебе будет полезно. Может быть, вы тогда в семье научитесь любить друг друга, а не топить за непохожесть.
