И двое бестелесных людей вышли из общего потока, повернув в сторону другой, вполне телесной парочки, весьма успешно избегающей чужих взглядов. Даже более, чем успешно. Находящийся как нельзя кстати рядом поворот заставлял проходящих мимо людей своевременно удачно отворачивать взгляды на цветастую торговую палатку неподалёку. Тень от разлапистого дуба удачно ложилась на лица парочки, делая их неприметными. Стриженные кусты по соседству придавали удачную невзрачность двум фигурам. Столь же удачно неприметной была скучающая безразличная поза одетого в неприметную на вид, дешёвую и самую малость несвежую одежду восемнадцатилетнего юноши с пакетом в руке. Впрочем, гармоничную неприметность немного нарушала собой девушка, ровесница юноши, которая, хоть и попыталась тоже одеться невзрачно, сделала это весьма посредственно. Скромный деловой костюм совершенно не вписывался в общую атмосферу яркого праздника, не говоря уже о том, что он, скорее, привлекал, чем отвлекал внимание от сногсшибательной внешности девушки, немного подпорченной отчётливо видной подавленностью. Редкие взгляды, бросаемые прохожими в сторону парочки, посвящались исключительно ей.
Старшая Лили наклонилась, провела ладонь сквозь голову одного из прохожих и задумчиво сказала на ухо тому Соли, которого тоже решила окрестить старшим:
И две бесплотные фигуры приблизились достаточно близко для того, чтобы слышать каждое слово в разговоре двух фигур во плоти.
Тревожность Беллы, которую с трудом можно было разглядеть издали, вблизи очень сильно бросалась в глаза. Она нервно переминалась с ноги на ногу, её с силой сжатые в замок руки дрожали, на лбу выступили капельки пота. Она часто моргала, искоса поглядывая на юношу. Тяжело вздохнув, Белла осипшим голосом спросила у младшего Вэ Соли:
Соли не спешил отвечать. Он выдержал паузу, после чего медленно, издевательски, с расстановкой заговорил: