— Приветствую Вас также. Иессей из рода Наки’ир. Вот уж действительно, крайне неожиданно, особенно для меня…
— В таком случае смело могу назвать большой удачей то, что при появлении здесь Вы встретили именно меня.
Иессей скользнул взглядом по пятнистой шерсти на руках Танэ и припомнил того гепарда из сна-воспоминания, который, вслед за тигром, был поглощён Скульптором Рода, и произнёс:
— Сдаётся мне, удача здесь ни при чём.
— Вот как? В таком случае не изволит ли Иессей из рода Наки’ир уделить мне немного своего времени и порадовать приватной беседой? — Как можно более дружелюбно поинтересовалась Танэ.
Иессей готов был принять приглашение, но вдруг понял, что и гепард с тигром, и Скульптор Рода, и алтарь из его воспоминаний медленно, но верно исчезают, а вслед за ними постепенно стираются воспоминания и об этих странных людях, и о ещё более странной суккубе, и о чужих прожитых днях.
Иессей вежливо улыбнулся ба’астидке и, продемонстрировав сожаление, произнёс:
— Увы, сейчас мне необходимо заняться одним делом. Дело крайне неотложное, однако это не займёт много времени, и вскоре я буду весь в Вашем распоряжении, Танэ’Ба’Сей.
— Как Вам будет угодно. — Ответила ба’астидка.
Святой вышел из окружавшей его толпы и, присев под тенью разлапистого древа, открыл дневник, в который поспешил записать всё то, что смог припомнить из своего путешествия по глубинам чужих воспоминаний.
«Интересно, какой сейчас год?» — Начал писать Иессей.
***
— Долго я спала? — Спросила Лили, едва открыла глаза.
Послушно охранявший её сон Алоиз сообщил:
— Минуту, не больше.
— Как удобно… — Отметила бестия, и, не пояснив, в чём заключается удобство, поведала Алоизу то, что считала важным. — Цель оказалась даже лучше, чем я предполагала. Наверное, прозвучит глупо, но сейчас мне кажется, что я была рождена для этого. Воплотить кошмар или объединить мир… По сути, одно и то же. — Лили прекрасно помнила произошедшее в мнимой вселенной. — Да, здесь мне самое место. А вот насчёт тебя, Алоиз, я не уверена.
Договорив, Лили стряхнула с себя остатки неестественной сонливости. Теперь она знала, каковы причины этих странных ощущений. «Присоединюсь к вам в следующий раз» — решила она и с головой окунулась в новую действительность.
***
Проснувшись, Соли приобнял устроившуюся на его плече суккубу, и та нехотя открыла глаза. Чёрный вихрь в глазах Веты постепенно сменялся привычной красной дрожью.
— Паршивый сон. — Лениво пожаловалась она и сладко зевнула, после чего переместилась с плеча Соли на его колени. — Зато как будто ускользает… Прям как у людей. Соли, ты заразный. Но всё равно разрешаю меня целовать. М-м-м, пока не забыла… Ты сам подписался, отказ не принимается… Властью имени моего нарекаю тебя апостолом моим, привнеси волю мою в мир мой… — И Вета, не обращая внимание на прокатившуюся по земле лёгкую дрожь, вновь погрузилась в сон, в этот раз безмятежный.
— Так вот что значит начать новую жизнь с тобой. — Соли рассмеялся, как всегда ужасающе, и присоединился к сновидению своей вечной спутницы.
<p>Параграф 25: пролог [первого архива]</p>Настоящее, Тетис.
