***
Небывалое событие приковало к себе внимание жителей Калварии. Ма’алаки’, да и не только они, обсуждали проходившую за закрытыми дверями вселенского собора конференцию между лидерами химерических народов, в которой принимали участие также и апостолы. Причины, равно как и темы конференции сохранялись в строжайшем секрете, однако сам факт того, что столь значительные химеры собрались в одном месте, будоражил умы обывателей — состояние вечной вражды между народами никак не располагало к проведению конференций мирового масштаба.
Всего за день волна противоречащих один другому слухов вырвалась за пределы Епархии Ма’алаки’ и облетела весь Тетис. Ещё бы, ведь слухи подогревались событиями, которые попросту невозможно было игнорировать. Разрушение дикастерия Калварии и последовавший за этим массовый побег заключённых. Просочившаяся информация об уничтожении авангардного корпуса хоть и малочисленного, но весьма влиятельного инквизиторского ордена Домини. И, конечно же, внезапно начавшийся и столь же внезапно завершившийся природный катаклизм неизвестного происхождения.
Собственно, произошедший на закате прошлого дня странный катаклизм и оказался основой для большинства слухов. Распространены были разные версии происхождения феномена. Кто-то говорил, что катаклизм имеет естественное происхождение. Кто-то же утверждал, что столь необычное явление как-то связано с вышедшим из-под контроля секретным экспериментом по вытягиванию энергии из души мира. Были и те, кто во весь голос трубил о военном заговоре. По крайней мере, все без исключения химеры, слышавшие о проводимом во вселенском соборе совещании, были уверены, что главы враждующих фракций собрались вместе с целью предотвратить повторение катаклизма. Отчасти они были правы.
Все члены делегаций, расположившиеся в гостевых покоях собора, пребывали в скверном расположении духа. Изначально настроенные вовсе не дружелюбно из-за того, что некая суккуба, признанная апостолами как Праматерь, была на их глазах атакована войсками Епархии, шесть делегаций были уверены в том, что холодное к ним отношение неожиданно вернувшейся на осколки Тетиса Праматери вызвали именно действия ма’алаки’. Даже сам архиерей Епархии уверился в этом, к тому же он понимал — отрицание вины своих подданных рискует вылиться в войну сразу с шестью расами, а это совсем не тоже самое, что приграничные стычки с демонидами или экономическая блокада големов. Причинение вреда любому из членов делегаций также могло с лёгкостью спровоцировать начало войны против всех, и потому присутствовавшие в соборе ма’алаки’ должны были проявлять крайнюю бдительность по отношению ко многим своим сородичам извне — преобладание нетерпимости являлось константой этого мира. Положение архиерея Триполи’Ба’Тризе было незавидно. Хоть как-то его участь облегчало лишь одно — согласно донесениям шпионов, временно оставшиеся без лидеров правительства других народов не спешили обнародовать информацию о возвращении Праматери.
Начало конференции правителей, проходившее минувшей ночью (которая была на редкость коротка), нельзя было назвать продуктивным. Можно сказать, её результаты оказались близки к нулю. Причина тому проста. Никто, даже негласная предводительница апостолов Танэ’Ба’Сей, не имел ни малейшего представления ни о причинах возвращения Праматери, ни о её целях. Вся предоставленная Танэ информация сводилась к следующему. Матерь Искажений, или же Праматерь, с тех пор, как покинула Тетис, возвращалась всего трижды.
