— Такое себе достижение… — Скептично обмолвился Соли. — Вообще не понимаю, как можно сойти с ума от воздействия Эгиды на разум, лично мне оно даже понравилось. Ярко, интересно, не затянуто, такое вот небольшое приключение. Может, вы, демониды, в принципе чрезмерно впечатлительные, как ваш лорд?
Берсеркий рассмеялся и произнёс:
— Сдаётся мне, ты куда более сумасшедший, чем Харлоус. Или в твоей расе все такие?
— В моей расе почти все как раз сумасшедшие, я же принадлежу к горстке вменяемых индивидуумов. — Искренне ответил Соли.
— Сумасшедший незнакомец, мнящий себя нормальным из неизвестной расы, которую он мнит сумасшедшей. — Подытожила янтарная голема, после чего поинтересовалась. — Уверена, не только я впервые вижу подобных тебе. Так как же называется твоя раса? Или это секрет?
— Никакого секрета. Считаю знание лучшим подарком, поэтому… — Соли оскалился своей обычной кривой улыбкой и окинул своих слушателей ледяным взглядом, от чего бывалые воители почувствовали себя не в своей тарелке. — Я из расы людей. Рекомендую разузнать о людях побольше, особенно о том, как устроены наши души. Так вам будет проще воевать против меня и моего драгоценного крылатого недоразумения.
— Воевать? Ты считаешь, что мы станем врагами Праматери? — Нахмурился джёгумо и скрестил паучьи лапы на груди. Он напрягся, как и остальные слушатели.
— Конечно, станете. — Доверительно сообщил Соли. — Ни в одной из химерических рас я не увидел потенциальных союзников, и сомневаюсь, что мнение Веты отличается от моего. В то, что всем этим мешкам с неоправданными амбициями за главным столом хватит мудрости обрести нейтралитет раньше точки невозвращения, я попросту не верю. Вскоре вы, как и положено верным приспешникам, начнёте потакать непомерной жадности своих повелителей. Совсем не вижу причин, чтобы не помочь всесильным владыкам обращать лицемерные оправдания в благородные истины. Теперь живите со знанием, которым не сможете воспользоваться.
Соли намеренно подогнал окончание разговора к тому моменту, когда архиерей призовёт собравшихся к тишине ради произнесения приветственных речей, тем самым он усугубил состояние собеседников невозможностью высказать контраргументы. Довольный успешным внедрением смуты в сердца своих слушателей, он откинулся на стуле и лениво потянулся, как бы предложив наблюдающей за ним Вете сделать следующий ход. Вэ Соли испытывал приятное нетерпение, полностью уверенный, что его драгоценное крылатое недоразумение не оставит химер равнодушными. К еде и напиткам он притрагиваться не собирался.
***
Все места были заняты. Ма’алаки’ замерли в ожидании начала церемонии. Гости прерывали начатые беседы. Исключением была одна только Вета, она, нисколько не стесняясь, с наслаждением опустошала изобилие закусок перед собой, не забывая заливаться выставленным перед ней пряным элем.
Архиерей Триполи отметил, что некоторые из его подчинённых внимательно наблюдают за действиями Праматери и при этом испытывают огромнейшее злорадное удовлетворение. «Почему дурные манеры Праматери вызвали в них столько злорадства?» — Спрашивал себя Триполи, попутно запоминая носителей тёмного торжества, коими оказались магистр инквизиторского ордена Домини, зачинщик недавней дуэли наследник магистра его личной гвардии, митрополит Калварии, а также несколько слуг из числа приставленных к главному столу и столам иноземных гостей.
