Архив первый: АНТАГОНИСТ полностью

Родители уже спали, когда Лили пробралась в гостиную. Стараясь не издавать ни звука, она с трудом дотянулась до полки, на которую всего час назад её отец убрал ту увесистую папку, которая не давала покоя девочке. Лили прекрасно осознавала — этот поступок выходит за рамки того, на что отец закроет глаза. Нет, Лили ни в коем случае не хотела расстраивать родителей. Более того, она, даже будучи в столь юном возрасте, считала, что иногда с ней можно быть и по строже, потому что временами её и правда, как она сама говорила, «немножечко заносит». И всё же то, что она хотела узнать из этого досье, было крайне важно для неё.

Папка была действительно тяжёлой. По крайней мере для Лили. Вот только поняла это Лили с некоторым запозданием, и избежать шума от падения такого количества сшитых вместе документов ей удалось только благодаря чуду и небольшой ссадине. С тяжело бьющимся сердцем и немного побаливавшим плечом Лили бесшумно настолько, насколько могла, добралась обратно до своей комнаты, в душе посетовав на то, что незаметно вернуть досье на место будет ещё сложнее, чем добыть.

Тем не менее, Лили была уверена, что риск более чем оправдан, и что она ни о чём не пожалеет, даже если её поймают на содеянном. Одеяло накинуто, фонарик включен, и первая страница тяжёлого не только для транспортировки, но и для чтения, досье — открыта.

Лили всматривалась в фотографию, блестевшую тусклым глянцем. Дрожащей рукой Лили провела по лицу того, кто был обозначен как «крайне опасен», словно она хотела пригладить растрёпанные волосы. Охваченная бурей эмоций, Лили с трепетом прошептала:

— Так вот куда ты пропал, Соли… Нечестно. Я ведь теперь даже знаю, что тебя зовут Крис.

Одетый в скромную накидку святой уверенно прошёл мимо груды изувеченной мебели, стараясь держаться подальше от стоявшей на страже фаршированной нежити. Миновав недовольного грифончика, святой выбрал себе наиболее целый стул и как ни в чём не бывало подсел к явно опасным посетителям трактира. Всем своим видом демонстрируя доброжелательность, он непринуждённо заговорил:

— Смею заметить, ваше общение с моими работниками завершилось не лучшим образом…

— Если хочешь компенсацию ущерба, то сперва научи своих шавок общаться с клиентами. — Вета демонстративно отодвинула ещё не тронутые блюда подальше от новоявленного собеседника.

— Что ж поделать, появление суккуба и человека в столь… специфическом месте оказалось для них слишком большой неожиданностью. А я как раз хочу разбавить однообразие своих будней подвернувшейся неожиданностью.

— Разбавить однообразие будней? Серьёзно? — Недовольно скривился Соли. — Какой-то мутный тип.

Вета и Соли переглянулись. Девушка тут же поддержала своего спутника:

— Ага-ага! Как будто хочет предложить нам контрафактную благодать за пол цены.

— Ещё и думает, наверное, что в состоянии найти общий язык с кем угодно.

— И вообще, откуда он знает про людей? Твоя нелепая раса как бы в карантинной части вселенной.

— Ты закончила аннигилировать еду? А то у меня вдруг дикое желание возникло осмотреть окрестности и заодно послушать познавательную историю про карантины во вселенной.

— Фифяф, я ефё футь-футь… — То, с какой скоростью Вета заталкивала в себя последний из оставшихся на столе пирогов, могло бы вызвать глубокую депрессию у чемпионов по поеданию тех самых пирогов.

Хоть святой и пытался вклиниться в этот сумбурный диалог, такая возможность у него представилась только когда оба собеседника замолчали и начали вставать с намерением покинуть заведение, о чём свидетельствовал брошенный на стол изопсеф — весьма ценная валюта в любом из миров, в которых была известна её ценность. Ни демон, ни тем более человек не знали, что стоимости любого изопсефа более чем достаточно, чтобы оплатить не только их внушительный обед, о чём они осведомились заранее, но и весь причинённый ущерб.