Как и Эндрю, ни Ксавье, ни Софи не верили в то, что Лили воплотит в жизнь свою угрозу. Разумеется, они, как и Синдзо, ни капли не сомневались в возможностях маленькой коварной бестии, однако в то же время они небезосновательно верили в лояльность Лили по отношению к приглашённым. А вот насчёт неприглашённого никто никаких иллюзий не питал.
Собственно, поэтому Синдзо и считал нужным опасаться негодования своей подруги. В большинстве своём дети достаточно холодно воспринимают появление таких вот новых родителей, порой и вовсе в штыки, однако отношение Синдзо было диаметрально противоположным. Менее года назад именно Синдзо обратился за помощью в поисках достойного спутника жизни для своей матери к той самой миниатюрной катастрофе, которая и сама воспользовалась помощью загадочного «кое-кого» для содействия благополучию его семьи, а теперь сверлила его убийственным взглядом. Определённо, Синдзо рассчитывал на совершенно иное развитие событий. Определённо, сегодня Лили была совершенно не в духе.
С безучастного в целом дивана неожиданно прилетел спасательный круг, и кинула его Софи:
— Лиличка такая Лиличка, столько яда, никакой курок над виском не поможет… А мне вот кажется, что не стал бы Синдзо тащить к тебе в гости всякую дрянь. Ты же вроде на нашего блондинистого товарища злилась? Тоже, что ль, на него позлиться? А то гадёныш выводит Лиличку из себя, а остальным потом отчаянием иссекаться.
Спасательный круг подействовал. Хаотично сменявшая цвета как неисправный светофор убийственная аура малютки Лили в очередной раз испарилась, и остатки её раздражения выразились в довольно скромном и вполне безобидном:
— М-м-м… И всё равно это вторжение.
Незваный же гость, в полной мере прочувствовавший атмосферу и совершенно не подозревающий об участии одной маленькой рыжей бестии в судьбе его семьи, едва слышно спросил у своего с недавних пор брата:
— Мне уйти?
На что получил беззаботный ответ:
— А, не заморачивайся, Алоиз, всё нормально. Нормально же? — На всякий случай уточнил Синдзо. Да, в этой компании по понятным причинам довольно часто уточняли что-нибудь «на всякий случай», по крайней мере если дело касалось Лили.
— Стоять! Ты, как там тебя…
— Алоиз. — Вместо младшего братика ответил Синдзо.
— Не подсказывать! — Жёстко оборвала юная бестия, после чего сразу вернулась к незваному гостю. — Так вот, Алоиз. Запомни. То, что у тебя рыжие волосы, ещё не значит, что ты вправе считать себя рыжим. Рыжая здесь только я. Понял?
— Д-да. — Захлопал глазами Алоиз.
— И не прикасайся ко мне без разрешения. Нет, вообще не прикасайся, даже с разрешением. И на диван не садись. И вообще, постой где-нибудь в уголке…
— Лили! — Возмущённо воскликнул Синдзо.
— Ладно, ладно. Твоя зверушка под твою ответственность, Синдзо. — От Лили, конечно же, не ускользнуло то, как её неожиданный гость едва заметно дёрнулся при столь неуважительном сравнении, которое ни за что не могло бы смутить любого из её приятелей. — Кстати, сколько тебе лет? — Вернулась к допросу Лили.
— Одиннадцать. — Услышав такой обыденный вопрос, Алоиз слегка расслабился. Ещё бы, ведь он впервые услышал нечто нормальное с того момента, как пересёк порог этого дома.
— То есть, мы с тобой одного возраста, но грудь у тебя уже начала расти, а у меня ещё нет? Вот же тварь несправедливая, эта природа! — И Лили беспощадно разрушила единственный проблеск нормальности.
— … — От этого последнего выпада порядком закомплексованный Алоиз готов был разрыдаться.
— Значит, шуток ты не понимаешь? Сочувствую. — Произнесла Лили тоном, не заставляющим сомневаться в количестве испытываемого ею сочувствия. Меньше или равно нулю. Именно такое количество.
У Синдзо, наконец, проснулось чувство ответственности, и он решился вступиться за приведённого им «родственника»:
— Пожалуйста, хватит издеваться над моим братом, Лили. Твои шутки вообще никто не понимает.
