Амел Делакур действительно позволил себе не сдерживаться и хладнокровно зачищал своих противников и ненавистников. Я же не позволял ему казнить невиновных и детей. Все они получали от меня деньги и приказ отправиться в Ризотто. Если они там не появятся, то это уже не моя проблема. А так... я собираюсь им помочь.
— Амел, может достаточно на сегодня? — поинтересовался у волшебника, кивая на солнце, что начало медленно подниматься. — Уже утро. Тебе нужно отдохнуть и прийти в себя. Нынешняя ночь для тебя оказалась не самой простой.
— Ты прав, — выдохнул мужчина и поправил свои волосы окровавленной рукой. Благо, что это была не его кровь. Его лицо из-за большого и тяжелого эмоционального напряжение постарело на несколько десятилетий. Уверен, исполнение всех этих казней за одну ночь сильно повлияло на того и, если будет нужно, мне придётся вмешаться.
Мы вернулись обратно в полуразрушенный дом, который сейчас активно восстанавливался Аполлин и несколькими её подругами. Пусть они и не участвовали в самой битве и не были сильными боевыми магами, но это не значит, что они были совсем бесполезными.
— Как вы? — спросила она.
— Могло быть и лучше, — ответил Амел. — Мне нужно хоть несколько часов отдохнуть. Предстоит очень тяжелая неделька.
— Вы решили проблему? — спросила она.
— По большей части, — ответил ей мужчина. — Но это вскрыло ещё множество проблем, которые тоже будет нужно решить.
— Хорошо, — выдохнула. — Тогда отдохни. А я пока с моими несколькими кузинами закончим подготовительные дела для восстановления дома.
— Давайте я помогу, — предложил я. Мне не сложно.
Аполлин отошла в сторону, позволяя мне совершить собственное колдовство. Резкий взмах волшебной палочкой, огромный выброс магической энергии и дом начал восстанавливаться, с каждой секундой увеличивая скорость восстановления. За пять минут всё вернулось к тому, что было ещё до нападения. Почти… Нужно восстановить защиту и антимагловские заклинания. Кроме этого, нужно решить, что делать с телами защитников, которые лежали на земле накрытые белыми простынями.
— Удивительно, такая мощь... — проговорила вейла. — Мы бы занимались этим несколько дней. Спасибо, Тимоти. Может хочешь чая или кофе?
— Благодарю, но нет, — ответил ей. — Мне нужно возвращаться в школу. Учебный день начинается и нужно будет всё проконтролировать, дабы там не было никаких неожиданных эксцессов.
Конечно, нападение на министра не могло не оказать больше влияние на политическую ситуацию в стране. Но всё усугублялось ещё тем, что Амел провёл достаточно большую зачистку среди своих оппонентов. Это оставило политическое поле свободным для новых лиц… но эти новые лица до этого никогда не находились в такой высокой политике и... Делакур очень быстро прижал их всех к ногтю, и заставил подчиняться его приказам. Никакой вольницы ни у кого не было.
Возможно, кто-то и мог бы начать задавать вопросы, почему за одну ночь исчезли не только политики, но и журналисты. И такие вопросы появлялись, но у него в рукаве был один трюк. Простым движением пальцев он «вытащил кролика из шляпы»… обвинил короля Оттона Шестого в попытке расшатать внутреннюю ситуацию в стране и поддержке террористов.
Все оппозиционеры и журналисты, которых Амел прикончил своими же руками, были названы преступниками и террористами. Верховный Суд Франции быстро согласился с таким объяснением и тоже назвал их преступниками.
У меня же главное заботой было разместить тех, кого я не дал ему убить, в большинстве своём это были мелкие дети с некоторыми женщинами. В отеле Ризотто было не очень многолюдно, но спасённые мной сейчас создавали какое-то подобие толпы. Все они были друг с другом немного знакомы, и поэтому проходить первичную стадию знакомства им не было нужды. Мне так то не особенно интересно, что они будут делать дальше.
— Дамы, — обратился я женщинам. Они отправили своих детей по комнатам и ожидали только моего появления. — Вижу, что некоторые решили уйти. Ну что же, такова их воля.
И действительно, среди толпы женщин я не досчитался нескольких голов. В целом, предположить что-то такое я целиком мог, потому что никаких угроз от меня, если они захотят покинуть отель, не поступало. И они сделали именно то, что хотели. Ладно.
— Как вы уже наверняка знаете и читали с газет, ситуация во Франции немного… напряженная.
Женщина переглянулись между собой. В этих взглядах можно было прочесть какие-то странные эмоции, как будто они «удивляются» почему ситуация именно такова. Все они помнят смерти своих мужей на их глазах и глазах их детей. Многие из них не смогут так просто простить Амела за содеянное с их жизнями.
С этим пусть он разбирается уже сам. Моё дело дать им возможность жить дальше, а насколько они ей воспользуются, меня уже не сильно волнует. Это их жизни и им решать, что делать.
