– А так. – Фредерик пожал плечами. – Она очень просила меня сделать все мыслимое, лишь бы госпожа Ройс в кратчайший срок покинула Рочер, а в идеале – вообще мир живых.
– Вот ведь… – Дэниель замялся, подыскивая наиболее приемлемое определение поступку Бретани. А затем вдруг с яростью грохнул по пустому столу, отчего тот едва не рассыпался в труху.
– Ну-ну, держи себя в руках, – равнодушно посоветовал ему король. – Дружище, между прочим, это ты заварил всю кашу. Ослепленная ревностью девушка способна на страшные вещи.
– Да не любит меня Бретани. – Дэниель досадливо поморщился. – Не любила и не любит. Иначе бы я и не подумал с ней связаться. Дурной, что ли, совсем?
– Возможно, и не любит. – Король флегматично кивнул. – Но это принцип дракона на горе сокровищ.
– Принцип дракона на горе сокровищ? – не удержавшись, переспросила я. – Как это?
– Другими словами, ни себе, ни людям. – Король снисходительно ухмыльнулся. – Большую часть времени дракону эти сокровища и даром не нужны. Но ему греет душу мысль о том, что он, и только, он обладает ими. И едва появляется смельчак, желающий позаимствовать из его пещеры хотя бы крохотный драгоценный камушек, – дракон превращается в огнедышащего монстра. Вот так и Бретани Коул. Вряд ли она влюбилась в Дэниеля. Но связь с ним давала ей множество преимуществ. Заодно грела душу мысль о том, что таким незамысловатым образом она утерла тебе нос. Но когда она узнала, что Дэниель и не думал забывать о тебе, то взыграло чувство уязвленного самолюбия. Как это, такую красотку – и отвергли? И ради кого? Ради девушки, которая явно уступает ей во внешних данных?
– Ну спасибо, ваше величество, – пробурчала я с явной досадой. – Умеете вы делать комплименты.
– Не обижайся, Оливия. – Король вдруг подмигнул мне. – Не мне тебе объяснять, что красотой можно, конечно, привлечь внимание. Возможно даже возбудить страсть. Но любви ею не добьешься.
– Почему это? – спросила я, немного удивившись.
– Странно слышать подобный вопрос от тебя. – Король негромко хихикнул. – Ты ведь специалистка по иллюзорным чарам. Тебе ли не знать, на какие разительные перемены во внешности способна в наше время любая девушка, обладающая хоть небольшим количеством денег. Взгляни, к примеру, на придворных дам. В кого ни плюнь – попадешь в настоящую красотку.
Я фыркнула от смеха, зримо представив себе эту картину. Стоит король посреди тронного зала и плюется во фрейлин. Ой, что-то мое воображение разошлось не на шутку.
– Образно выражаясь, конечно, – поторопился добавить Рауль, видимо, догадавшись, о чем я подумала в этот момент. – Но вот в чем беда, Оливия. Они же все на одно лицо. Одинаковые высокие лбы, одинаковые хорошенькие носики, одинаковые пухлые губки. Волосы, правда, у кого темные, у кого светлые, сейчас, кстати, мода на рыжих. Но все равно. Скучно, дорогая моя. Взгляду не на ком остановиться. Ты себе представить не можешь, как часто я путаюсь в именах этих девиц. И не потому, что у меня плохая память. А потому, что я в упор не могу отличить одну от другой. Честное слово, какое-то сборище близняшек. А самое страшное: разговоры-то тоже одни и те же. Одинаковые улыбки, одинаковые шутки, одинаковые жеманные гримасы, одинаковый флирт. Жуть, да и только!
– Сочувствую, – проговорила я, чувствуя себя несколько неловко.
С чего вдруг король так разоткровенничался со мной? Даже странно немного. Не каждый день доведется послужить жилеткой для жалоб правителя страны.
– А, да ладно! – Король резко взмахнул рукой. – Куда-то меня не в ту степь понесло. Итак, одна кандидатура на роль потенциального заказчика этого преступления у нас есть. Бретани Коул.
– Можно спросить? – осторожно протянула я, почувствовав, как в голове забрезжило некое подобие догадки.
– Конечно, – милостиво разрешил Дэниель.
– Вы сказали, что сработали некие взрывные чары, – проговорила я, глядя то на короля, который по-прежнему сидел, устало вытянув перед собой ноги, то на Дэниеля, который оперся рукой на мой стол. – А почему в итоге пострадал лишь мой жакет? Получается, их каким-то образом завязали на него? Или это было своего рода предупреждение?
– Завязали? – Дэниель высоко вздернул брови. – Что ты имеешь в виду?
– Ну… – Я замялась.
Да, нам не преподавали боевой магии, тем более направленной на убийство человека. Но у нас был курс основ построения заклинаний. Как ни странно, вел его, как прочие наши предметы, не какой-нибудь убеленный сединами и утомленный прожитыми годами преподаватель, а весьма бойкий мужчина лет сорока, господин Остин Грин. У него были настолько интересные лекции, что прогульщиков не водилось. А на семинарах мы не зачитывали бесконечные рефераты, как на других предметах, а разгадывали любопытные случаи, связанные с применением различных заклинаний. При этом господин Остин давал высказаться каждому. Не смеялся даже над самыми дикими предположениями. А потом подробно и с юмором объяснял наши ошибки.
