***"Сейчас братишка, сейчас, еще немного подожди, я уже близко"Гуру пролез между трухлявыми досками забора и попал в поросший жгучим пухом двор, где стоял довольно большой дом, бывший некогда жилищем семьи, которая, возможно, сумела убраться отсюда раньше, чем законы мироздания в этих краях решили дружно сойти с ума. Разум ветерана не мог принять смерть товарища, топтавшего Зону вместе с ним многие годы. Весь путь после гибели Кремня ветеран проклинал себя за свою ошибку. Желание повернуть время вспять и исправить все, что произошло, не покидало ни на минуту. Такое с ним случилось впервые и даже в бытность салагой по его непосредственной вине не погиб ни один человек, не говоря о временах, когда Гуру был всем известен как опытный ходок и слыл знатоком Зоны. Кто знает, что за аномалия возникла посреди доселе чистого пути? Гуру знает. Кто-нибудь видел вот такой артефакт? А известно хоть что-то про его свойства? Гуру видел, Гуру слышал, Гуру знает. Опыт и осторожность стали синонимами прозвища этого сталкера и любой, кто с ним знаком, на вопрос: "С кем бы ты пошел в рейд?", без раздумий назвал бы Гуру. Всегда выходы в Зону с ним если не гарантировали хабар, то уж о сохранности людей этот сталкер беспокоился как никто другой, но теперь из-за допущенной ошибки, его репутации мог настать конец. Да чёрт с ней, с репутацией, ведь погиб человек и это убивало ходока сильней всего. Разум просто отказывался верить в то, что произошло с Кремнем и как бы старый ходок не прокручивал момент гибели своего товарища, то всякий раз приходил только к одному вердикту – виновен. Кремень был ему как брат и угрызения совести Гуру – человека сумевшего оставаться порядочным даже в Зоне – со временем только усилились. Он просто не мог принять смерть друга и услышанный призыв о помощи стал для него лучиком надежды, который своим сиянием затмил отчаянно доносившийся крик внутреннего голоса, предупреждающий об опасности. Радость заполнила сознание сталкера, подарив ему надежду на второй шанс, ведь человек не может жить без надежды, правда? Она отодвинула в сторону отчаяние, когда появилась хотя бы малейшая возможность все исправить и вычеркнула из памяти гибель Кремня, будто и не было ее вовсе."Держись Кремень, я рядом! Еще немного"Он пробрался под выбитым окном дома и осторожно взглянул внутрь него, направив туда свой автомат. Тишина. Внутри груда мусора, образованного из частично обвалившейся стены, досок, из которых некогда был сделан потолок. Теперь там зияла ведущая на чердак дыра, откуда виднелась прогнившая крыша. Сталкер обошел дом сбоку и, завернув за угол, оказался возле входной двери.
