Трясущимися от холода и волнения руками он отодвинул засовы и пропустил внутрь фигуру в черном плаще, ведущую под уздцы лошадь. Внезапный гость огляделся по сторонам, словно ночной мрак не был для него препятствием, после чего внезапно выдал:
— Словно и не уезжал никуда.
— Прошу прощения? — встрепенулся стражник.
— Все в порядке, просто неожиданный приступ ностальгии, — очередная молния высветила лицо пришельца, и Фриц удивленно сделал шаг назад, что не могло остаться незамеченным. — Что-то случилось?
— Нет, — стражник отрицательно помотал головой. — Но вы можете назвать свое имя? Согласно правилам я должен записывать всех, кто входит в город.
— Хорошее правило, мудрое. Звать меня Конрад Клеппербайн. Надеюсь, запомнил?
— Запомнил.
— Вот и умница. И, раз уж мы с формальностями покончили, скажи мне: заведение фрау Марты все еще на своем месте?
— Ну да, у старой башни.
— Отлично, вот тебе за труды, — небольшая монетка перекочевала из рук инквизитора в руки стражника, после чего путник, тяжело вздохнув, шагнул под дождь. Что же касается Фрица, то он со всех ног припустил обратно в сторожку и, влетев туда, дрожащим от волнения голосом произнес:
— Вы не поверите, кто к нам приехал!
Несмотря на непогоду, жизнь в заведении фрау Марты била ключом. Ярко горели свечи, выпивка лилась рекой. Многие горожане все же смогли прорваться сквозь сплошную стену воды, чтобы окунуться в атмосферу веселья и разврата. Семейные бюргеры, вырвавшиеся за пределы домашнего очага, откровенно веселились, вздымая кружки с пивом и щипая сидящих на коленях девиц. Нетерпеливая молодежь, в свою очередь, спешила расплатиться с хозяйкой заведения, чтобы получить доступ к заветным комнатам на втором этаже, где их ждали выбранные ими «пташки».
Поэтому не стоило удивляться, что очередной гость не вызвал особого ажиотажа. Он скромно вошел в дверь, огляделся по сторонам и лишь тогда снял свой капюшон, открыв всему миру лицо. Под сенью плаща был скрыт на первый взгляд обычный человек. Русые волосы, слегка удлиненный нос, темно-карие глаза, которые внимательно изучали всех собравшихся. Тем не менее, едва его лицо было предъявлено почтенной публике, как в зале сразу снизился уровень шума. И лишь хозяйка радушно бросилась навстречу вновь прибывшему.
— Добрый вечер вам, господин Клеппербайн.
— Скорей уж доброй ночи, фрау Марта, — с печалью в голосе произнес посетитель. — Как я вижу, у вас по-прежнему шумно.
— Не волнуйтесь так, господин Клеппербайн. Специально для вас будет выделена самая удаленная от общего зала комната.
— Я рад, что вы не забыли моих вкусов, — удовлетворенно кивнул головой Конрад. — Надеюсь, и в остальном вы помните, что мне надо.
— Естественно, господин Клеппербайн. Я помню предпочтения всех своих постоянных клиентов. И поверьте мне, вы не будете разочарованы.
— Я искренне на это надеюсь, — с этими словами гость пробежался по всем присутствующим весьма пытливым взглядом, после чего прошел вслед за хозяйкой. Стоило ему исчезнуть, как в зале вновь стало шумно и все почтенные бюргеры стали тревожным шепотом обсуждать внезапного гостя. И никто не заметил того, что один из посетителей весьма шустро выскользнул за дверь, дабы раствориться в ночной темноте и шуме дождя.
Как известно, подвалы бывают трех типов. Для содержания узников, для хранения товаров и для тайных встреч. Данный подвал по всем признакам относился ко второй категории, но изо всех сил стремился соответствовать третьей. Но увы, ни статуи древних богов, ни загадочные руны, начертанные на стенах, не могли изгнать из него застоявшийся запах лука и селедки. Из-за чего собравшееся общество выглядело не столько заговорщиками, сколько собранием купцов, сбежавшихся для обсуждения очередной срочной сделки.
Председатель собрания, довольно крупный мужчина в роскошном камзоле и с бархатной маской на лице, настороженно изучил своих подопечных, после чего начал речь.
— Плохие новости, господа, и в то же время хорошие.
— Я надеюсь, что это важные новости, — проворчал один из заговорщиков. — В противном случае я на вас буду вынужден обидеться. Ради этого срочного вызова я оставил свою любовницу, а вы все помните, что посещать ее я могу лишь два раза в месяц.
— Я искренне понимаю ваши проблемы, — председатель учтиво склонил голову. — Но хочу заметить, что новости и в самом деле важные. Дело в том, что в городе появился Конрад Клеппербайн.
— Клеппербайн, — очередное лицо в маске подало свой голос. — Тот самый сын старика Клеппербайна, что вместо того, чтобы унаследовать дело своего отца, сбежал с отрядом наемников, а позже, если верить слухам, связался с пиратами? И, по-вашему, появление этого оболтуса может служить поводом для собрания столь экстренного совещания?
