– Рукописи – это не моя специальность. Сейчас я лишь организатор выставок произведений живописи. Я частное лицо, меня интересует только живопись, и ни с какими трестами я не желаю себя связывать.
Веки Джейка Бельского усиленно замигали, и он сопроводил эту сигнализацию самым убедительным переводом, на какой только был способен:
– Совершенно не обязательно быть специалистом, сэр.
Я ведь тоже в этих рукописях ничего не понимаю. Нам надо только найти их и вывезти в Америку. А там уж специалисты треста разберутся в них.
– Вывезти в Америку мы ничего не сможем.
– Ну что ж, вывезем во Францию, – бодро предложил
Джейк Бельский.
– Фантастика.
– Почему? – с недоумением спросил князь.
– А потому, что мы не найдем эту мифическую библиотеку. Это во-первых. Но если бы даже мы ее нашли, если бы даже вывезли из России, что очень нелегко, то мы совершили бы кражу. Нас арестуют если не в России, то здесь, во Франции. Этого потребует советское правительство, и французские власти не смогут не выполнить его требования. Мы присвоим себе чужие ценности. Вы это понимаете? А подобными делами занимается уголовная полиция. Ваш мистер Грегг очень хорошо с нею знаком…
Все это немногословный Кортец выпалил почти залпом и с большим азартом. Казалось, он старается напугать не столько Джейка Бельского, сколько самого себя.
– И еще одно, – все тем же сердитым тоном продолжал
Кортец. – Я живу в Париже, и я не намерен отсюда уезжать, если новая затея мистера Грегга провалится.
– Вам не нужно будет уезжать из Парижа, сэр. В случае неудачи я все беру на себя, – быстро и деловито объявил гость. – Это также предусмотрено моим контрактом с фирмой мистера Грегга.
С минуту Кортец озадаченно смотрел на Джейка
Бельского. Потом он рассмеялся и сказал:
– Узнаю мистера Грегга! Он умеет извлекать прибыль даже из неудачи. Ваш провал вызовет скандал с русскими.
А за это кое-кто в Штатах с радостью оплатит вам два-три года тюрьмы.
Очевидно, Кортец угадал. При упоминании о тюрьме
Джейк Бельский не побледнел и не покрылся холодным потом. Наоборот, он хитро заулыбался и сказал:
– Думаю, что до тюрьмы дело не дойдет, сэр. В России я намерен действовать осторожно. Вы же будете стоять в стороне от всего, что мне надо будет там проделать. Что касается французских властей, то и здесь все можно будет предусмотреть и застраховать себя от неприятностей.
– Как?! – свирепо вращая глазами, осведомился Кортец.
– Не волнуйтесь, сэр, это вредно, – тихо и вразумительно произнес князь. – Мой отец сообщил мне, что здесь, во Франции, и в Италии живут потомки Фомы Палеолога, отца царевны Зои. Они являются прямыми наследниками великой княгини московской Софьи Палеолог, ибо в России после смерти детей Ивана Грозного ее потомков не осталось…
– Кто живет во Франции? – быстро спросил Кортец.
– Мадам де Брентан, дочь князя Джованни Ласкариса
Палеолога, – помедлив немного, ответил Джейк Бельский.
«Специалист по живописи» ухмыльнулся.
– Я вижу, ваш папа был дьявольски предусмотрительным человеком. Он очень хотел пойти дальше боярина
Ивана Бельского и заполучить не одну только антологию византийских поэтов.
– Да, он всю жизнь лелеял эту мечту, – сказал Джейк
Бельский. – Но отец меньше всего думал о деньгах. Он лишь хотел отомстить своему брату, князю Платону, отбившему у него жену, красавицу Эжени де Мерод… Эту историю я расскажу вам в другой раз.
Кортец внимательно поглядел на русско-американского князя и подумал уже без всякой неприязни:
«Гм!. А он, кажется, неглуп, этот желторотый Джейк.
Сэмюэль Грегг недаром поставил на него…»
– Ладно! – сказал он. – Я ничего вам и мистеру Греггу не обещаю. Но, не разглашая ваших замыслов, я наведу кое-какие справки, прощупаю кое-где почву и только после этого смогу дать окончательный ответ. Этот архаизм оставьте у меня. – Кортец кивнул на трубку пергамента. –
Если вы, конечно, мне доверяете. Мне надо показать его одному толковому человеку. Он хорошо знает византийскую литературу и многое другое.
– Конечно, сэр! – с величайшей готовностью воскликнул Джейк Бельский. – Пожалуйста, оставьте у себя этот пергамент. Отец сказал, что он принесет счастье тому, кто захочет присоединить этот титульный лист к книге, от которой он отделен.
Он встал. Кортец нажал кнопку звонка.
– Приходите завтра.
– С удовольствием, сэр.
– Не «сэр», а «месье», – снисходительно поправил
Кортец. – Обращение «сэр» во Франции многие не любят.
Да и не только во Франции.
– Понимаю, месье…
Зашуршала шелковая юбка. Вошедшая Мадлен сразу же поняла, что молодой американец не напрасно расстался с долларом, когда настойчиво просил ее доложить о себе
Кортецу.
– Мадлен! – напыщенно произнес Кортец. – Князь
Джейк Бельский завтра будет у меня в десять утра. Проводите его прямо в кабинет.
Мадлен грациозно сделала книксен перед князем
Джейком Бельским.
В КАФЕ «ГУИНПЛЕН»
