В ряде исторических работ отмечается как нечто особенное то, что офицеры-ординарцы не были простыми переносчиками приказов Императора, но им поручались и миссии, требующие большой ответственности и знаний. Как уже указывалось, подобные задания были естественными (конечно, на определенном уровне) для любого адъютанта маршала и, уж тем более, были само собой разумеющимися для офицера, состоящего при личном штабе самого Императора. Поэтому мы не будем повторяться, описывая все возможные задачи этих офицеров, приведем лишь два небольших примера из корреспонденции Наполеона, показывающих степень доверия не только к верности, но и к компетентности императорских ординарцев.
Приказ капитану Хлаповскому, офицеру-ординарцу Императора, данный в Вальядолиде 15 января 1809 г.:
«Хлаповский отправится... в Кассель и вручит письмо Вестфальскому королю... Оттуда он отправится в Варшаву, где вручит письмо Саксонскому королю... Хлаповский останется на восемь дней в Варшаве и будет внимательно наблюдать за всем, что там делается, он разузнает, какие настроения сейчас в герцогстве, что говорят и делают в Галиции. Он вернется и найдет меня там, где я буду находиться.
Наполеон» .33
Император господину Талуэ, офицеру-ординарцу. Париж, 11 марта 1809 г.:
«Сударь, Вы отправитесь немедленно в Карлсруэ и вручите письмо великому герцогу Баденскому, оттуда Вы отправитесь в Штутгарт и вручите письмо королю Вюртембергскому... Повсюду Вы будете останавливаться у моих послов при различных дворах и дожидаться там ответов адресатов. Если с Вами будут беседовать о войне, Вы должны говорить в самом уверенном тоне. Вы объясните, что мои многочисленные войска идут со всех сторон к границам. Наполеон»34.
Согласно декрету об организации офицеров-ординарцев, последних должно было быть 12 человек.
Всего же за годы Империи через эту должность прошли 75 человек. Проводя политику слияния элит, Наполеон стремился пополнить ряды своих верных помощников представителями знатнейших семей старой Франции. В списке императорских ординарцев можно найти такие фамилии как де Монморанси, де Монако, де Тюренн, де Мортемар, де Шабрийан, де Караман... Рядом с ними - представители новой знати, сыновья выдающихся деятелей Империи: д'Опуль, де Ларибуазьер, де Лористон, Реньо де Сен-Жан д'Анжели, но также и люди, попавшие в императорский штаб благодаря личным талантам и заслугам. Среди них знаменитый Гаспар Гурго, отважный воин, талантливый офицер и верный соратник, последовавший после крушения Империи за Наполеоном в ссылку на остров Святой Елены.
Однако, если офицеры-ординарцы выполняли всю адъютантскую работу, зачем при Императоре состояли еще и генералы, называвшиеся адъютантами? Не проще ли было бы назвать офицеров-ординарцев адъютантами и ограничиться этими менее дорогостоящими офицерами?
Как уже говорилось, офицеры-ординарцы выполняли значительную часть адъютантской работы, но не всю. Если на уровне корпусов для особо важных миссий маршалу вполне хватало двух-трех адъютантов в старших офицерских чинах, то на уровне вооруженных сил всего государства для исполнения чрезвычайно важных поручений требовались офицеры куда более высокого ранга, а именно дивизионные и бригадные генералы, из которых и состоял штат адъютантов Императора.
Это была блестящая плеяда молодых, талантливых, энергичных и отважных воинов, которым можно было дать самые трудные и опасные задания, но что было особенно важно - это были люди, которым Император особо доверял. Их присутствие в том или ином пункте обширной Империи или на театре военных действий было почти равнозначно присутствию там самого Императора.
Вот одна из инструкций, данных Наполеоном его адъютанту генералу Савари 29 марта 1807 г., в то время как французские войска под руководством маршала Лефевра осаждали Данциг: «Отправляйтесь в Данциг. Ваша миссия имеет три цели: первое - Вы должны доложить, что там
